Впечатление, которое в конце 60‑х произвела на советских людей новая Волга, было не менее сильным, нежели то, что через пару лет вызвали Жигули. Шок был вполне сравним с тем, что через полтора десятилетия мы испытали, познакомившись с иномарками. Внешне и по интерьеру ГАЗ‑24 разительно отличался от ГАЗ‑21. Инфантильную по меркам конца 60‑х «пухлявость» сменила строгая элегантность. Салон с утопленными ручками открывания дверей, массивными подлокотниками не только сзади, но и между передними сиденьями казался верхом роскоши. А ленточный спидометр на элегантной мягкой передней панели – чудом высоких технологий… Издалека, долго В начале 70‑х среди автолюбителей стали популярны сравнения «двадцатьчетверки» с седанами Mercedes-Benz и Volvo. Правда, даже знатоки были знакомы с ними лишь по фото. Максимум – видели мельком на улицах крупных советских городов. Пока ГАЗ‑24 проектировали и доводили до производства, поколения Mercedes-Benz и Volvo уже сменились. Первые эскизы новой Волги набросали еще в 1959 году. Как и в подавляющем большинстве европейских автомобилей тех лет, в кузовах, нарисованных горьковчанами, без труда читалась американская аэрокосмическая стилистика. Такими были и автомобили, с которыми создатели Волги познакомились тогда живьем, в числе которых Nissan Prince и Simca Vedette. Но, прекрасно понимая, что ГАЗ‑24 встанет на конвейер не завтра и даже не послезавтра, художники постепенно уходили к более нейтральному, спокойному и вневременному облику. Хотя никто, конечно, не предполагал, что ГАЗ‑24 будут выпускать четверть века. Первый макетный образец создали в конце 1962 года. Его история загадочна. Сохранилось лишь одно нечеткое, грубо отретушированное фото из газеты «Горьковский рабочий». То, что горьковчане не афишировали этот автомобиль, необычно. В те времена изображения прототипов, как правило, появлялись в центральной прессе, по крайней мере в журнале «За рулем». Пока над обликом машины параллельно работали Лев Еремеев и Лений Циколенко, складывалась и ее инженерная концепция. Ведущим конструктором назначили Владимира Соловьева. Одна из главных новинок – двигатель V6 рабочим объемом 3 л (92×75 мм) мощностью около 145 л. с. Но базовым планировали четырехцилиндровый модернизированный ЗМЗ‑21 объемом 2,45 л (92×92 мм). Облик автомобиля утвердили на худсовете 10 января 1964 года. Окончательный выбор пал на работу Ления Циколенко, которую поддержал авторитетный художник Юрий Долматовский. Правда, он посоветовал забыть о прямоугольных фарах, не соответствующих советским стандартам. К слову, через пять лет, в 1970 году прямоугольные фары появились на Москвиче‑412. А на серийной Волге ГАЗ‑3102 – лишь в 1981‑м. Осенью 1964 года ГАЗ‑24 показывали в Кремле. Испытывали и базовый четырехцилиндровый вариант, и версии с V6: ГАЗ‑24–14 с механической коробкой передач и ГАЗ‑24–15 с автоматом. Люксовый вариант отличался решеткой радиатора и четырьмя фарами. Через три с половиной года, в марте 1968‑го, предсерийная Волга необычного красного колера появилась на обложке «За рулем». Завод наконец начал мелкосерийное производство ГАЗ‑24. Вторая производная Волга второго поколения разительно отличалась от первой, но была компромиссной конструкцией. Машина совершенно нового дизайна выросла в базе на 100 мм и стала просторнее. Забавно, что поначалу в прессе ГАЗ‑24 называли шестиместным – передние сиденья и откидной валик между ними образовывали диван. Но вскоре о «шестиместности» справедливо забыли. По тенденции тех лет вместо колес с 15‑дюймовыми шинами ГАЗ‑24 оснастили 14‑дюймовыми. Но тормоза остались барабанными, правда, получили гидровакуумный усилитель. Подвески концептуально не изменились и сохранили конструкции середины 50‑х: спереди – независимая пружинная на шкворнях, сзади – продольные рессоры. Именно по тормозам и подвескам Волга заведомо отставала от наиболее продвинутых европейских одноклассников. Дисковые тормоза, хотя бы спереди, в этом классе стали нормой. Спереди на иномарках применяли шаровые опоры, сзади – пружины, а то и независимые схемы. Степень сжатия двигателя объемом 2,45 л выросла с 6,7 до 8,2, появился новый карбюратор. Мощность подняли до 95 л. с. при 4500 об/мин – на 20 сил больше по сравнению с мотором 21‑й Волги. А вот от мотора V6 отказались. Рычаг новой четырехступенчатой коробки передач (3,51/2,26/1,48/1,00) установили на полу. Ранние коробки по легкости и четкости переключений были практически эталонными – не хуже, чем на вскоре появившихся Жигулях. Максимальная скорость ГАЗ‑24 по сравнению с 21‑й выросла на 15 км/ч – до 145 км/ч. В общем, для Союза ГАЗ‑24 стал прорывом, хотя на фоне зарубежных аналогов откровением не был. Как Волга ГАЗ-24 стала культовым автомобилем и самой массовой Волгой, мы еще расскажем – заходите почаще!
