"Мы на развилке". Почему 2026 год станет во многом решающим для российской экономики
Развитие производства обязательно должно сочетаться с защитой социальных прав работников, считают эксперты
Российская экономика находится на распутье, кризисные явления подвели ее к новому рубежу, поэтому наступивший 2026 год станет для нее во многом определяющим, считают наблюдатели. О чем спорят близкие к власти экономисты, могут ли непопулярные меры быть полезными, почему настало время призвать олигархов к ответу – в материале amic.ru.
"Плохое наследие" ушедшего года
О том, что 2026 год будет непростым, предупредил россиян первый зампред комитета Госдумы по экономической политике Николай Арефьев (фракция КПРФ). Экономика страны продолжает сокращаться, ожидать ее роста в ближайший период не приходится, заявил парламентарий в интервью порталу RTVI. По его словам, минувший год оставил нашей стране в экономическом отношении "плохое наследие".
«Ситуация в экономике ни разу не нравится. Официальная инфляция под 6%, а роста экономики, можно сказать, никакого. Пока еще окончательных данных за год нет, но полпроцента – это не рост, это явно натянуто», – так оценил ситуацию депутат.
Самое печальное, что в 2025-м не создано никакого потенциала для роста экономики в наступившем году, продолжил Арефьев. Это может означать, что инфляция продолжит расти в условиях, когда собственного производства "у нас, можно сказать, нет".
Несмотря на то, что ключевая банковская ставка в ушедшем году снизилась с 21 до 16%, для отечественных компаний она остается слишком высокой. Кредиты предприятия на многие проекты взять по-прежнему не могут, поэтому чаще всего берут инвестиционный "тайм-аут", пессимистично констатировал Николай Арефьев.
Довольно резко о нынешней банковской ставке высказывался олигарх Олег Дерипаска, утверждавший в своем телеграм-канале, что "никто в деловом сообществе не понимает, каким образом высокие (даже запредельно высокие) ставки по кабальным кредитам госбанков, а также добровольное, абсолютно безумное завышение курса национальной валюты (которое уже привело к падению конкурентоспособности российской экономики) помогут снизить цены на товары из потребительской корзины".
Правда, позднее Дерипаска удалил этот пост, однако его уже успели растащить на цитаты крупные интернет-ресурсы.
"Господа, где вложения?"
С претензиями олигарха насчет якобы завышенного курса рубля категорически не согласен экономист, директор Института нового общества Василий Колташов.
«Напротив, нам необходим сильный рубль, поскольку для дальнейшего подъема промышленности требуется ввоз соответствующего оборудования. Кроме того, высокий курс рубля даст возможность более свободно вздохнуть нашему покупателю, так как обеспечит приемлемые цены на импортные товары в магазинах и снизит инфляцию», – поделился он своим мнением с amic.ru.
Недовольным укреплением рубля экспортерам, в том числе Дерипаске, можно задать серьезные вопросы, продолжает Колташов:
«Этих людей можно спросить: сколько полученной прибыли они вложили за последние хотя бы 20 лет в российскую обрабатывающую промышленность? Эти бизнесмены имели большие лоббистские возможности, постоянно просили слабый рубль, они его получали, но где наша сильная промышленность, в том числе обрабатывающая? Почему они не вкладывали в нее необходимые средства, а нередко выводили их за границу?»
При этом олигархи умалчивают, что укрепление рубля положительно повлияет и на банковскую ставку, отмечает Василий Колташов:
«Если рубль будет укрепляться – инфляция будет уменьшаться, отступать, тогда можно будет и ставку снижать. А если этого не делать, то любая ставка будет слишком высока и тогда ее снижение приведет к росту инфляции. Поэтому самое время напомнить об обязанностях Банка России обеспечить благоприятный для нашей экономики курс рубля».
Государство как локомотив рынка
Любопытно, что Олег Дерипаска в своем телеграм-канале затронул вопрос участия государства в экономических процессах:
«Почему нет совместной программы действий правительства – ЦБ – бизнеса по снижению инфляции за счет увеличения предложения товаров и услуг, возможно, альтернативных, которые дают максимальный вклад в инфляцию?»
Этот вопрос фактически подвергает сомнению один из ключевых тезисов (исходя из которого формировалась российская экономическая модель с начала 1990-х) о минимальной роли государства в рыночных процессах. Конечно, многие экономисты неоднократно доказывали его несостоятельность, однако крик души олигарха, сделавшего капитал на модели "рынок все порешает", весьма показателен.
Именно государство выступает чаще всего локомотивом рыночных процессов, отмечает Василий Колташов:
«Мотор рынка – вовсе не частный капитал, как написано в идиотских неолиберальных учебниках экономики. Государство, начиная какое-то крупное дело, например, строительство высокоскоростных железных дорог, стимулирует рыночные механизмы, рост частных инвестиций, производства, торговли. Если государство не делает чего-то – ничего не происходит».
Странно, что вообще кто-то отрицает необходимость вмешательства государства в экономические процессы, соглашается экономист, глава Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич.
«Исключать государственное вмешательство в экономические процессы по меньшей мере странно – в любой стране мира это явление присутствует. Другое дело, в какой форме это происходит, насколько грамотно осуществляется. Это у нас в экономике нередко наблюдаются какие-то надуманные конструкции, поскольку в Центробанке доминируют люди с определенным мировоззрением, для которых рост экономики – это плохо», – заявил он amic.ru.
При этом крайне важно, насколько масштабными окажутся вложения государства в крупные проекты, отмечает Василий Колташов, приводя в пример анонсированный проект строительства единой скоростной линии, которая должна связать Поволжье, Предуралье и Южный Урал в единую транспортную систему:
«От государственных инвестиций зависит, будет ли эта большая магистраль потреблять достаточное количество стали, электрооборудования, цемента, труб, различных материалов. Насколько она даст стимул производству локомотивов и вагонов. Если этот эффект будет достаточным для ускорения экономического роста, то мы получим выход на показатели примерно 3% роста ВВП. И не ниже 4% роста обрабатывающей промышленности, возможно, 6−8% в год».
Андрей Бунич напомнил о заявлениях президента Путина, что с инфляцией нужно бороться путем увеличения предложения товаров:
«Современные технологии позволяют отслеживать, у каких товаров и где идет повышение стоимости. Там нужно просто стимулировать большее товарное наполнение, в этих условиях цены не могут расти. Нужно отслеживать логистику, чтобы не создавались транспортные сложности, не образовывались такие тромбы добавленной стоимости, чтобы оптовая торговля, находясь где-то в центре процесса, не накручивала свои искусственные проценты, порой до 200% прибыли».
Неприятный протекционизм
Во многом 2026 год может стать решающим для отечественной экономики, считает Василий Колташов:
«Последние месяцы мы находимся на развилке – либо позволяем развиваться процессам, как сейчас, но тогда в скором времени получаем неизбежный экономический спад, либо будем развивать производство собственных машин, механизмов, деталей – замещать импорт во всех сферах. А также строить те же самые высокоскоростные железные дороги, тогда выходим на уверенную траекторию роста».
Конечно, не все решения поначалу могут вызывать одобрение, в частности, повышение утилизационного сбора на импортные авто и технологический сбор, отмечает Колташов:
«Без протекционизма здесь, увы, не обойтись. Без ограничений для импорта в высокотехнологичных сферах российская автомобильная и иная сложная промышленность развиваться не смогут, поэтому меры эти необходимы, хотя они и довольно неприятны».
Бывший депутат Госдумы Вячеслав Лысаков скептически оценивает новации со сборами.
«Я уже не раз говорил, что это просто новые налоги, которые правительство решило взять с наших сограждан для пополнения бюджета. Эти деньги не имеют к утилизации никакого отношения. Как и к развитию автопрома – для этого нужны заводы, кадры, станки, которых у нас нет. Скажем, китайцы поначалу тоже занимались отверточной сборкой, но они добивались от западных фирм локализации не менее 80%. А потом перенимали технологии и теперь стали мировыми лидерами по производству автомобилей», – рассказал он amic.ru.
Полностью обелить экономику пока не получится
Дискуссии о состоянии экономики и направлении ее движения ведутся нешуточные, заметил Василий Колташов:
«Одни экономисты говорили, что никакой развилки нет, мы уже в состоянии рецессии, указывая еще с лета на целый ряд отраслевых показателей, которые шли вниз. Другие говорили, что все у нас нормально, даже замечательно. Но в конце 2025 года президенту пришлось все-таки рассказать, что ситуация не блистательная, а 1% роста ВВП – это мало».
При этом изменение модели должно сочетаться с изменением социальной политики, одним из признаков перемен является требование президента осуществлять "обеление" экономики, уверен Василий Колташов:
«Мы же знаем о создании разного ИП и прочих трюков для ухода от налогов, которые не имеют отношения к настоящему малому бизнесу. Их использует средний и средне-крупный даже бизнес, каковой должен производить отчисления в бюджет как полагается».
В то же время в текущих условиях полное обеление рынка труда вряд ли возможно, считает экономист:
«Мы прекрасно понимаем нюансы, пусть часть зарплаты людям пока платится, что называется, в конверте. Но люди должны быть нормально трудоустроены, социально защищены. Пусть они заключают временные трудовые договоры, сроком на год, два, три. Без социальных изменений ситуация в целом в экономике меняться не будет. Нужна более строгая система найма».