Ум, честь и совесть was hacked

Ирина Роднина – единственная в истории трехкратная олимпийская чемпионка по фигурному катанию (в Пхенчхане результат повторила Тесса Виртью, но одно золото у нее в команде), человек, который вместе с Владиславом Третьяком зажигал Олимпийский огонь в Сочи-2014. В 1990-2002 годах жила в США, работала тренером, после чего вернулась в Россию. В 2007-м стала депутатом Госдумы от «Единой России», в 2011-м и 2016-м – переизбиралась на новый срок. В парламенте голосовала за самые странные законы, а пару недель назад входила в комиссию, которая рассматривала обвинения в домогательствах к журналисткам депутата ЛДПР Леонида Слуцкого. Комиссия не нашла нарушений в поведении Слуцкого, а Роднина заявила: «Если это [обвинение] самое большое достижение в их журналистской деятельности, то что тут можно сказать?».

Александр Головин встретился с Родниной, чтобы понять, зачем великой спортсменке все это нужно.



ПРО ЗАВИСТЬ.
– Вы депутат парламента страны, которая находится в сложных отношениях с США. Они наш геополитический враг. Вы голосуете за законы, которые ограничивают деятельность американских граждан в России. При этом как минимум прошлый Новый год вы провели на Гавайях. Вам не кажется это лицемерием?

– Кажется лицемерием, когда мы занимаемся вшивым патриотизмом. Когда начинаем кидаться лозунгами, что этот враг, а этот не враг. Патриотизм заключается не в том, где я провожу время, – это зависть. Не в том, на чем я езжу и где живу, – тоже зависть. Патриотизм – это твои поступки и дела. И те решения, которые принимаешь.

ПРО ДЕТАЧЕК.
– Вы приняли решение и проголосовали за закон Димы Яковлева. Зачем?
– Существовала торговля детьми. Я работала в Америке 10 лет и видела, во что это превращалось. Нам даже предлагали принять в этом участие...

– Так и не понял – в чем заключалась торговля?

– Наши торговали. По российскому законодательству в первую очередь за границу брали детей-инвалидов. Знаете, сколько истинных инвалидов из тех 60 тысяч, которые были адаптированы в Америку? Менее пяти процентов. Остальные шли под видом инвалидов. Это очень просто. Если ребенок появляется в детском доме, значит, что-то случилось с родителями. Или их лишили прав, или они алкоголики, бездомные. А когда ребенком не занимаются, у него идет отставание в развитии. Вот всем детям и ставили диагноз.

– Что плохого, если даже не инвалид находил семью в США?

– Ничего плохого. Я просто говорю, что нам не дают отчет. Посмотрите, какое количество издевательств там происходило над этими детьми. Родители начинали меняться ими. Я не говорю, что это повсеместно. Но таких случаев было очень много. И о них нам не сообщали, потому что ребенок терял гражданство. Работники посольства не допускались на суды, которые шли по вопросам адаптированных ребят. Контроль над ними оказался почти невозможен, в отличие от других стран.

– Разве в России ситуация с издевательствами не хуже?

– Это есть, да. Но разве торговать своими детьми хорошо?

– Я не вижу торговли. Дети обретали семью. Какая разница где.

– Не видите? А я приведу пример американских соседей. Они захотели взять двух детей. Летали, знакомились. И когда приехали наконец забирать их, им говорят: «Не дадим, потому что у них есть сестра». Закончилось тем, что соцработники взяли деньги и с большим удовольствием всех троих отправили в Америку. Для кого-то это оказался бизнес.


Рекомендую читать полностью. Очень нажористо.
Абсолютно фотографический портрет современного российского поцреота.