Умеренная либерализация экономического пространства в российской экономике является не только полезной, но и неизбежной
То, что в около правительственных кругах разрабатывается программа либерального реформирования российской экономики, — это неплохо. В конечном счете, любое развитие в современной экономике, это некие «качели», когда один экономический «галс» сменяется другим. Никому и никогда еще не удавалось идти только одним курсом, особенно в меняющихся экономических условиях. Если говорить объективно, в период «закатного нефтегазового гламура» степень государственного не столько участия, сколько патернализма в российской экономике и социальной сфере оказалась несколько выше той, которую Россия может себе позволить с точки зрения реального социально-экономического потенциала.
Умеренная либерализация экономического пространства в российской экономике является не только полезной, но и неизбежной. И проблемы в пенсионной системе, и чрезмерная социальная нагрузка на бюджет, создававшая проблемы даже при 100 долларах за баррель нефти, следствие того, что в России действительно слишком мало полноценных рабочих мест вне государственного и аффилированного с государством сектора. И если в ближайшие годы в негосударственном секторе не будут созданы 5-7 миллионов рабочих мест, пусть даже не в базовых отраслях, то российской экономике придется крайне сложно.
Вопрос заключается в том, что либерализация экономики является улицей с двусторонним движением. Не только государство должно снижать уровень своего присутствия в экономике, и не только общество должно согласиться с сокращением – увы, неизбежным – социального стандарта своего существования, но и бизнес должен взять на себя некие обязательства перед обществом и соблюдать установленные «правила игры». Причем, - чем меньше присутствие государства в экономике, тем жестче должны быть эти правила и тем болезненнее наказание за их нарушение. Нарастание в нулевые и в ранние «десятые» государственного присутствия в экономике было во многом реакцией государства на нежелание (а, порой, и откровенную неспособность) российского бизнеса развиваться с учетом интересов общества и «играть по правилам».
Конечно, иллюзий относительно того, что российский бизнес «вдруг» прозрел, и будет вести себя цивилизованно в ходе нового «либерального галса» немного. В конечном счете, истории про «ручку верните» и «товарища Билалова» у всех на слуху и обществом оценены правильно. Да и попытки российского бизнеса выйти на политическую арену к сентябрьским выборам не внушают исторического оптимизма: никаких новых идей российское бизнес-сообщество на свет не произвело. Но больше всего поражает то, что российский бизнес пытается говорить с сильно изменившимся обществом языком, если не 1990х, то «нулевых». Ни одной новой словоформы!
Бизнес явно не знает того общества, в котором хочет зарабатывать деньги. Вопрос в том, хочет ли он его узнать и понять…. И нет пока ответа на этот вопрос.
Но и государство с «нулевых» существенно укрепилось и вполне может – при условии продолжения зачистки в регионах сторонников извращенных форм частно-государственного партнерства – обеспечить новый уровень «правил игры» и новое качество их исполнения.
Причем, примерно понятны «граничные» условия либерализации, вокруг которых и может возникнуть «новый консенсус» в отношениях бизнеса, стремящегося к либерализации, и государства, искренне желающего, чтобы либерализация не вернула страну к состоянию 1994-95 года, когда российский бизнес, и правда, жил в свое удовольствие, едва ли замечая общество рядом с собой.
Такими граничными условиями могли бы стать:
• Сохранение стабильности банковской системы. Отказ от ее манипулятивной дестабилизации. Банковская система не может находиться под двойным прессингом – внешних санкций и ограничения в доступе к капиталу и внутренних манипуляторов..
• Использование большей части доходов для инвестиций и накопления, а не для потребления. Общество должно видеть плоды либерализации в новых производствах, а не новых яхтах и лондонской недвижимости российских бизнесменов.
• Уплата налогов. Любая либерализация в современных условиях должна сопровождаться резким ужесточением наказания за неуплату налогов. И тут конфискация собственности, причем, по принципу круговой поруки, — и у родственников, должна стать хорошим подспорьем, несмотря на неизбежный вой правозащитников.
• Участие в государственных инвестиционных программах через добровольное приобретение государственных ценных бумаг, которые, естественно, должны быть коммерчески привлекательными, но не спекулятивными. Это будет еще одним механизмом вовлечения бизнеса в государственные инвестиционные программы.
• Коррекция личного поведения. Бизнес должен понять, что его ждет либо период «длительной скромности», либо «снятие с игровой доски». Ибо ничто так не возбуждает социальную нестабильность в обществе, как «праздник жизни» богатых и знаменитых, особенно, если общество считает, что он организован за его счет.
Понятно, что можно придумать и другие важные «реперные» точки, как например, ограничение участия бизнеса в политических процессах помимо узаконенного лоббизма, однако это вряд ли будет реалистичным. Отношения общества, государства и бизнеса должны быть просты в своей выполнимости и понятны в своих последствиях. К слову, было бы неплохо, если бы в качестве жеста доброй воли российское бизнес сообщество само исторгло из своих рядов (по простому - «сдало» бы) кого-то из своих видных членов, явно неспособного работать в новых реалиях. Это было бы серьезным подтверждением того, что бизнес-сообщество сделало правильные выводы из событий «нулевых». Тогда и государству не грех будет сделать «шаг навстречу». Например, существенно расширив участие наиболее ответственных представителей бизнеса в обсуждении и принятии решений по стратегическим и экономическим вопросам.
Почему бы, кстати, при условии достижения определенного консенсуса с бизнесом, не включить его представителя с совещательным голосом в состав Совета Безопасности, при условии, если этот человек будет готов взять на себя понятные ограничения. Тут, кстати, и выяснится, степень заинтересованности российского бизнес сообщества в развитии именно российской экономики, а не в сохранении каналов репатриации прибыли в благословенный Лондон или офшоры.
Есть и другие формы поощрения национально ответственного бизнеса.
Однако в целом необходимо признать, что шансы на достижение некоего «общественного консенсуса» о параметрах, если хотите, «пределах» нового «галса» либерализации сейчас относительно высоки и грех будет ими не воспользоваться. Особенно с учетом того, что экономический рост в России, действительно, не за горами и для того, чтобы этот шанс полноценно реализовать, нужны новые механизмы.
А, уж, сколько продлится «либеральный галс» в российской экономике, будет зависеть исключительно от российского бизнеса, вернее от степени его вменяемости.