Штирлиц утром просыпается в камере. Голова после вчерашнего болит. Размышляет: "Если я у немцев, то я штандартенфюрер Макс фон Штирлиц, если я у наших, то я полковник Исаев". Открывается дверь, заходит милиционер, и говорит: — Ну и нажрались вы вчера, товарищ Тихонов.
