Экс-полицейский потребовал 383 тысячи в качестве компенсации за оговор

«Миллионы с криптокошелька обвиняемого пропали в день его задержания»

В Вахитовском суде Казани стартовал процесс по делу уроженца Магнитогорска Артема Леонтьева. Его обвиняют в в заведомо ложных показаниях и краже в особо крупном размере – в том, что, будучи призванным помочь следствию, он сам стал обвиняемым по смежному уголовному делу.

На процесс сегодня он явился в длинной черной куртке с капюшоном, под которым прятал лицо от журналистов.

История преступления Леонтьева неразрывно связана с операцией силовых ведомств по поиску организаторов площадки по отмыву денег. В конце 2024 года сотрудники Управления экономической безопасности МВД по РТ совместно с экономическими полицейскими МВД России, Росгвардией и прокуратурой Татарстана одновременно провели несколько десятков обысков в Казани. Искали тех, кто отмывает криминальные деньги через криптовалюту, и таким образом вышли на организаторов площадки Trust2Pay.

Эта платформа, по версии следствия, помогала отмывать деньги, украденные телефонными мошенниками, помогала в передаче платы за наркотики, в отмывании денег в нелегальных онлайн-казино, а также денег, которые шли на финансирование экстремизма и терроризма.

Важная деталь состоит в том, что на время обысков у одного из предполагаемых организаторов Trust2Pay – Руфата Шарафетдинова – Артем Леонтьев был приглашен как понятой. Шарафетдинов был заключен под домашний арест, а через полгода после «облавы» у него кончились деньги, и он попросил отца вывести около 5 млн рублей со своего криптокошелька – для этого дал ему пароли и инструкцию, как это сделать. Когда его отец открыл криптокошелек, он обнаружил, что денег в нем нет, но есть дата вывода средств: 17 декабря 2024 года – день, когда Шарафетдинова задержали.

Фото: © Дмитрий Шатров / «Татар-информ»

«Двух сотрудников полиции посадили в СИЗО из-за оговора понятого»

К середине прошлого года Руфат Шарафетдинов стал потерпевшим по делу о краже, к сентябрю сотрудники СК и ФСБ уже пришли с обысками в офис экономической полиции Татарстана. Оттуда они забрали действующего на тот момент сотрудника, а позже задержали его бывшего коллегу, который тоже участвовал в обысках. Последний, к слову, уволился со службы и устроился в службу безопасности «Рубина».

Через несколько дней мужчин арестовали, отправили в СИЗО и вменили им кражу тех самых 4,8 млн рублей – вину оба отрицали. Позже выяснилось, что оба экономических полицейских стали жертвами оговора, все обвинения с них были сняты. Главным доказательством их вины были показания одного свидетеля – Артема Леонтьева. Он уверял, что сотрудники заставили его перевести деньги на указанные счета. Уже в октябре прошлого года, когда Леонтьева начали подозревать в краже, тот написал явку с повинной и во всем сознался.

Сегодня в суде смог дать показания и пострадавший Руфат Шарафетдинов. Он подробно описал день задержания.

«Примерно в половине седьмого утра ко мне постучали сотрудники полиции, ворвался СОБР, два оперативника, и у меня провели обыск. У меня изъяли технику, в том числе компьютер и два телефона. Оперативники спрашивали у меня пароль от телефона, я не сообщил. Сказал, что назову его только в присутствии адвоката. После обыска меня увезли в здание ГСУ, мне угрожали и требовали пароли, но я опять отказался. Ближе к двум часам дня ко мне пришел адвокат, ему я сказал, что ничего такого у меня в телефоне нет, и мы назвали пароль», – рассказал он.

Он заявил в суде, что экономические полицейские и несколько других сотрудников правоохранительных органов во время следствия заставляли его создать для них платформу по обналичиванию средств в целях наживы и выборочного задержания преступников, а также курировали ее разработку.

«Позже я попросил отца вывести деньги на оплату услуг адвокатов с моего криптокошелька, и он рассказал мне, что там пусто. Я удивился, так как у меня было около 50 тысяч долларов. Отец сказал мне, что деньги были выведены в день обыска у меня дома. Я был уверен, что оперативники так яро выясняли мой пароль от телефона, чтобы вывести деньги. Потом меня вызвали на допрос и опять расспрашивали о площадке по отмыву денег. Потом я написал заявление о краже в начале января прошлого года», – добавил он.

Руфат Шарафетдинов добавил, что позже полицейский приходил к нему домой, чтобы взять ДНК-тест, и спрашивал о статусе платформы, которую просили его сделать. На этом он закончил свой рассказ. Как выяснилось, на данный момент мать Леонтьева возместила ему 2,4 млн рублей от всей суммы.

Фото: © Дмитрий Шатров / «Татар-информ»

«Я требую компенсации за оговор»

Следом суд допросил одного из пострадавших от оговора теперь уже экс экономических полицейских. Он рассказал, что 17 декабря 2024 года к пяти утра его вызвали на совещание в ГСУ, где были сотрудники УБЭП Москвы и сотрудники из Татарстана.

«Всем выдали конверты с адресами, где мы должны были проводить обыски. Нас поставили парами, фамилию напарника уже не помню. Мы с ним поехали в сторону ТЦ ‘’Мега’’. Там мы провели обыск и изъяли банковские карты, потом поехали в ГСУ сдавать вещдоки. Потом моему напарнику позвонили и попросили нас приехать помочь. Где-то в районе 11 часов дня мы приехали на новый адрес, там уже шел обыск. Там участвовали два сотрудника из Москвы, мой коллега и двое понятых. Нам сказали, что нужно описать около двухсот телефонов, я сел и начал это делать», – рассказал он.

По его словам, во время обыска ходили понятые и мешали ему работать, он сделал им замечание. Уже к вечеру после описи всех телефонов их повезли в ГСУ МВД по РТ. Из понятых он запомнил только фамилию Леонтьева, так как он подошел к нему и спросил про татуировку у сотрудника на руке.

«Примерно через час после того, как я приехал в данную квартиру, сотрудник полиции из Москвы уехал. Периодически мы выходили курить на балкон. Понятые и лицо, у которого проводился обыск, также выходили курить на балкон, но не всегда. Насколько я сейчас помню, Леонтьев подходил к столу, за которым мы работали, брал и осматривал телефоны. Кто ему дал такое разрешение, мне неизвестно», – зачитал показания экс-полицейского гособвинитель.

Несколько раз полицейский сделал Леонтьеву замечание.

«В какой-то момент я заметил, что Леонтьев стоял у окна рядом с экспертом и разговаривал с ним по поводу изъятого телефона. Старший следователь должен был следить за сохранностью имущества, и я не стал в это вмешиваться, занимаясь своей работой. После описания айфона Шарафетдинова я положил телефон на подоконник для эксперта, далее я не обращал ни на кого внимания и продолжал заниматься своей работой. С понятым Леонтьевым за все время обыска я разговаривал один раз на балконе, больше с ним не общался», – продолжил гособвинитель.

После обыска экономический полицейский отвез все описанные телефоны в ГСУ МВД по РТ. В конце своего рассказа он подчеркнул, что никакого отношения к похищенной криптовалюте не имел, а Леонтьев оговорил его с целью сокрытия своего преступления.

«Поскольку в отношении меня была избрана мера пресечения в виде заключения под стражей, я вынужден был взять административный отпуск. Я потерял заработную плату, мне нанесен моральный ущерб. В связи с этим хочу подать гражданский иск о возмещении ущерба», – подытожил гособвинитель.

Экс-полицейский потребовал в гражданском иске с Леонтьева 383 тысячи рублей, на этом процесс перенесли.