В поисках правды: кому выгодно крымчан представлять страдальцами
Зато крымские издания отличаются завидным постоянством, злорадствуя по поводу ошибок и нелогичных поступков соседей. Кому выгодно это стравливание между собой рядовых жителей? Об этом мы спросили у политического обозревателя Александра СЕВАСТЬЯНОВА.
Поздравляем, соврамши!— Возникает ощущение, что со сменой направленности украинских СМИ создается эдакая индульгенция для официальных властей Украины, которые предпримут шаги для «освобождения» крымчан, так ли это?
— Ну, о помощи в виде военного вмешательства не может быть и речи. Украинским политикам, несмотря на разные решительные заявления, во всех отношениях невыгодно связываться с государством, обладающим сильным военным и ядерным потенциалом. На самом деле, в некоторых кругах украинской интеллигенции считают, что «уход» Крыма — положительный момент, мол, не приходится тащить на своем горбу регион, который скептически относится к евроинтеграции и заметно отличается политическими и историческими предпочтениями... Тем не менее, Украине после долгой паузы в военных действиях на Донбассе, после вероятного смягчения европейских санкций в отношении России, важно продемонстрировать, что Крым — стратегическая цель, что отказываться от него никто не намерен. И если «силовой» метод нереален, то в ход пойдет тема о нарушении прав человека. Этот факт будет использоваться во внешней и внутренней политике. Значит, нужно показать, что полуостров — не монолитная конструкция, там нет абсолютного согласия.
— Нет ли ощущения, что формирование образа страждущего и стремящегося в Украину крымчанина создается для переноса внимания от насущных проблем в самой Украине?
— Практика переноса проблем на другую тему опробована во многих международных конфликтах. В случае с Украиной получается, что «нам было не очень хорошо, стало хуже, но виноват в этом кто-то в Крыму или в России». СМИ выгодно изображать ситуацию в искажённом виде, потому что читателю хочется видеть ситуацию негативной, жаль, что порой это доходит до абсурда. Публикации про распятого «украинскими вояками» мальчика в Славянске можно сравнить с «пустыми полками и голодом в Крыму» — ход мощный, вызывающий реакцию, но никто не задумывается, что за заведомое враньё придётся оправдаться или извиниться. Позиционировать галичан исключительно как бандеровцев, а крымчан — как «ватников» и предателей, выгодно тем структурам, которые на этом строят свой политический курс.
— Не только украинские СМИ позволяют себе плохо писать о Крыме, но и крымские СМИ позволяют себе ерничать про Украину...
— В российском поле мы находимся уже полтора года, но российский информационный контент в крымских СМИ отсутствует вообще. Речь идёт именно о крымских редакциях. Пишут коллеги исключительно о том, как всё замечательно, а если есть трудности, то они временные или связанные с недоработкой на местах, или с нерадивыми чиновниками. Следующая тема — плохая Украина: война на Донбассе, националисты, бандеровцы и прочее. Но мы находимся в другой стране, и почему-то «социальной» или «экономической» России у нас в СМИ нет. Необходимо увидеть картину во всем ее многообразии.
Два патриотизма— Какими в свете последних событий пытаются представить крымских татар? Пишут о них сейчас по-разному, пытаясь показать их как чрезмерно положительными, так и крайне отрицательными.
— К сожалению, крымское правительство и силовые ведомства сами дали украинской стороне повод описывать крымских татар, оставшихся на полуострове, как народ, чьи гражданские и общечеловеческие права не гарантируют и ущемляют. Взять, к примеру, столкновения под Верховным Советом Крыма в феврале 2014 года. Под следствием находятся только крымские татары, никто не слышал, чтобы хоть одного представителя второй стороны допрашивали или привлекли к какому-либо виду ответственности. То есть, допросы и беседы, может, и были, но информационного сопровождения об этих действиях нет. Вот и получается в информпространстве, что одна сторона — плохая, а вторая — хорошая.
— После «Крымской весны» сменить страну пришлось не только взрослым, но и детям. Попытки подискутировать на эту тему в школах приводят или к глухой стене молчания или, что хуже, к наказаниям со стороны учителей. Не повлечет ли такое поведение за собой каких-либо последствий?
— В первую очередь, это проблема старшей школы и студентов: у них уже сформировалась определенная картина мира, и то, что произошло весной прошлого года, ломает ее. Настроения внутри этой среды неоднозначны, и чтобы не спровоцировать протестных тенденций, которые могут вылиться в радикализм, нужно очень мягко, а самое главное, без навязывания проводить разъяснительную политику. Нередки случаи, когда в семье уже был сформирован определенный вектор патриотического воспитания (как украинский, так и российский, например), частично или полностью не совпадающий со школьным. В таком случае задача педагога — выслушать и направить, но заставлять нельзя. Ребенок же не хулиганит, не курит, он просто мыслит по-другому, и ломать его из-за другой политической позиции школы, значит, нанести психологическую травму, которая может отразиться в будущем.
— В России в школах преподают уроки патриотизма, но в Крыму за это взялись с чрезмерной активностью, полностью отрицая годы, прожитые в Украине...
— У крымчан всегда было, как ни странно звучит, два вида патриотизма. На первом плане — внутрикрымский, на втором — государственный, и вот эта идентификация с государством порождала отношение ко всему происходящему. Программы патриотического воспитания утверждены на федеральном уровне, поэтому их исполняют, а вот уже от исполнителя зависит качество. Я бы не хотел оказаться на месте того учителя, который будет объяснять детям, что такое «языковая дискриминация в украинский период». Ведь у нас, в Крыму были и остаются три языка. И если ученик или студент хочет выступать на украинском или крымскотатарском языке, к этому не должно быть препятствий. Нам следует сохранить все то хорошее, что у нас было.
ДосьеАлександр Севастьянов
Родился в 1984 году в Симферополе. Кандидат исторических наук, и. о. завкафедрой музеологии и библиотечно-информационной деятельности Крымского университета культуры, искусств и туризма. Политический обозреватель ряда крымских СМИ.