Мировая геополитика стремительно теряет прежние формы, основанные на договорах и дипломатии. Всё чаще решения принимаются языком давления, ультиматумов и демонстративной силы. Что это значит для России, ответил эксперт. 

Политический обозреватель Алексей Живов описывает происходящее в наши дни как наступление «новой геополитической реальности». В его интерпретации международное право уступает место прямому принуждению сильного.

«Трамп похитил и судит президента суверенной страны, и.о. президента и другим чиновникам этой страны угрожает расправой, если они не согласятся отдать ему 50 млн баррелей нефти. Такова новая геополитическая реальность», – отметил Живов. 

После Венесуэлы угроза нависла над Гренландией

«Гренландию отнимут конечно у Дании, но угроза это будет прежде всего для нас», — констатирует эксперт.

Риторика США усиливает страхи в Европе и мобилизует антиамериканские настроения. Но она также упрощает сложные процессы, подменяя дипломатию лозунгами.

Россия и США: иллюзия переговорного равенства

Отдельное внимание Живов уделяет российско-американским отношениям.
Он считает, что Вашингтон не намерен учитывать интересы Москвы, а партнёров России «готов  топтать».

«Каков может быть наш план по отношению к США в 2026 году? Очевидно, что рассчитывать на стратегическое партнёрство с новой американской администрацией не приходится. Тогда необходимо втянуть США в какую-либо кровопролитную войну подальше от границ России, и всемерно содействовать гражданскому расколу в США, чтобы демократы наконец-то дали республиканцам бой на улицах американских городов», — считает Алексей Живов.

Аналогичная ситуация, по его мнению, должна сложиться в Англии. Там необходимо поднять население на гражданскую войну против засилья мигрантов. То есть эти две агрессивные страны необходимо занять внутренними проблемами, чтобы они оставили планы передела Россию.

«Держать пассивную оборону и отключать интернет — не выход. В обороне гибридную войну со столь искушенными противниками не выиграть», — высказал своё мнение Алексей Живов.

Ядерное сдерживание: аргумент или уязвимость

Далее политический обозреватель рассуждает о ядерном оружии как последнем гаранте безопасности. Он подчёркивает человеческий фактор в системе принятия решений. Вводить коды, и поворачивать ключи будут люди. Делается тревожный вывод о возможной уязвимости управления.

Причём российское руководство неоднократно заявляло, что ядерное оружие наша страна применит, как удар возмездия, а не атаки.

«Чем чаще мы говорим, что основа нашей геополитической уверенности — ядерные силы, тем внимательнее наш противник будет изучать цепочку принятия и исполнения решений по применению этого оружия, и опираться будет на персоналии, которые должны будут «повернуть ключи», — подчеркнул Живов.

Пример Венесуэлы стал хорошей иллюстрацией гибридных сценариев: информационного давления, элитных расколов и управленческих слабостей. Николаса Мадуро подвели слабые войска, он оказался президентом без армии.

«Нет нужды сокрушать всё государство и тратить жизни, достаточно просчитать слабые места противника и использовать их против него», — этот тезис Живова отражает современные подходы к конфликтам.

Фото: нейросеть по запросу медиахолдинга «Голос Регионов».

Источник