4 июня 1474 г. в результате землетрясения в Москве рухнул Успенский собор. Событие было из ряда вон: мало того что Нечерноземье является одним из самых сейсмологически безопасных регионов мира, так ещё и случился «землетряс» в самый неподходящий момент. Набирающая силу Москва уже почти избавилась от монгольских поборов и заявила себя центром мирового православия взамен Константинополя, который пал перед турками в 1453 году. Успенский собор замышлялся как главный храм Кремля, подтверждающий эти амбиции. А тут такой конфуз перед суеверными подданными буквально на ровном месте! Но исторический урок в том, что Кремль и тогда вышел из ситуации значительно окрепшим и похорошевшим.
Землетрясения в Москве случались в самые разные эпохи, и их реальность не вызывает сомнений у учёных. Где ближайшая гора, способная вызывать у нас разрушения? Ответ тоже известен: в румынских Карпатах.
В октябре 1446 г. колокола в московких церквях звонили сами по себе, без посторонней помощи, а земля ходила ходуном, что может соответствовать землетрясению с амплитудой в 5–6 баллов. В 1802 г. историк Николай Карамзин описывал новую напасть в «Вестнике Европы»: «Удары были чувствительнее в высоких домах, почти во всех качались люстры, в иных столы и стулья. Многие люди, не веря глазам, вообразили, что у них кружится голова». В ноябре 1940 г. от толчка в столичных квартирах сама собой двигалась мебель, качались лампы и даже треснули полы и стены.
Если кто-то не верит, то вечером 25 февраля 1967 г. Москву тряхнуло так, что обрушились два подъезда жилой пятиэтажки на улице Осипенко. Народ уже пришёл с работы, и погибших было много – почти 200 человек. Развалины инспектировал лично Брежнев, а официально причиной назвали взрыв бытового газа. Правда, уже в перестройку сотрудники Института физики Земли доказывали, что причиной катаклизма было узконаправленное местное землетрясение мощностью до 7 баллов, вызванное провалами карстовых пустот и смещением глубинных слоёв земной коры. В общем, способна Москва на разные сюрпризы.
Есть версия, что Успенский собор Кремля, построенный Аристотелем Фиораванти за каких-то четыре года, стал первым сооружением в Московии, созданным по «циркулю и линейке» – то есть по чертежам, а не на глазок, как это было принято ранее. Князь Иван имел все основания быть довольным: новый кафедрал походил на великолепный Успенский собор во Владимире, где при монголах помещался великокняжеский стол, но был больше размером.
Аристотель быстро стал своим при дворе великого князя: хотя его проект Успенского собора вышел очень дорогим, его всячески поддерживал казначей Ивана III боярин Ховрин. Хотя при «землетрясе» отвалилась только одна стена, было принято решение всё сносить до основания, углублять фундамент, забивать в его основание дубовые сваи и строить из невиданного на Руси материала – кирпича. И как-то так получилось, что сразу после окончания строительства кирпичные палаты отгрохал себе и Ховрин.
Аристотель был нарасхват, хотя других зданий не построил. Зато ему заказали генеральный план новых стен и башен Кремля, которые планировалось возвести вместо деревянных да белокаменных. Также Аристотелю приписывают устройство Пушечного двора. Он же создал для московского войска полевую артиллерию, поставив пушки на колёса. К чеканке монет он тоже приложил руку.