Почему мы заражаемся чужими эмоциями
Профессор факультета психологии Мичиганского университета Итан Кросс написал книгу «Эмоциональная регуляция». С разрешения издательства «МИФ» «Сноб» публикует отрывок.
«Я хочу, чтобы вы представили себя полными придурками».
Я — профессор, сознательно культивирующий атмосферу уважения в классе, и нечасто начинаю занятия с подобного предложения. Однако именно это я сказал небольшой группе слушателей, занимающих руководящие должности, на семинаре по управлению эмоциями в команде. Перед началом занятий я посмотрел список студентов и заметил, что в нем присутствует много преуспевающих людей. Среди них были военные, участвующие в специальных операциях, менеджеры из финансовой и промышленной сферы, а также другие перспективные управленцы. Их готовили к роли лидеров, а значит, у них уже были некоторые качества, необходимые в бизнесе: они обладали целеустремленностью и линейным мышлением и остро осознавали потребность во взаимодействии и сотрудничестве. Когда я вошел в аудиторию и, даже не представившись, спросил, готов ли кто-нибудь из них возглавить секционную рабочую группу, то не удивился тому, что поднялось довольно много рук.
Я отвел выбранных счастливчиков в комнату для работы секционной группы рядом с главной аудиторией. Выстроил лидеров-добровольцев в ряд и рассчитал их на первый-второй. Затем дал им основные инструкции.
Я сообщил, что первые номера будут «чирлидерами». Вторые должны стать «придурками».
Последовал короткий взрыв нервного смеха, и я продолжил объяснять суть упражнения. Я рассказал, что каждая группа в основной аудитории получит трудную логическую головоломку, которую нужно решить за пять минут. Когда лидеры вернутся к своим группам, их будет ждать простая задача — сыграть свою роль на уровне, достойном премии «Эмми». Чирлидеры должны будут демонстративно поддерживать членов команды в процессе работы над упражнением: всячески подбадривать их, хвалить вплоть до откровенной лести и сохранять их энтузиазм на высоком уровне. Чирлидеры кивнули в знак понимания задачи. Они были целеустремленными начинающими руководителями, им это казалось легким.
Далее я объяснил лидерам-придуркам, что их задача — просто… быть придурками. Им досталась роль строгих и бесстрастных начальников, воздерживающихся от любых положительных оценок и комментариев, кидающих грозные взгляды и закатывающих глаза, когда кто-нибудь задавал вопрос или предлагал решение. Еще до того, как закончить объяснять их роль, я увидел выражение ужаса на их лицах. Ведь они только-только начали знакомиться с другими студентами. Потребность принадлежать к группе и желание нравиться стимулировали определенную эмоциональную реакцию. То, что я просил их делать, нарушало социальные нормы именно в тот момент, когда они старались выстроить отношения с остальными. По мере того как я продолжал излагать правила, лидеры-придурки демонстрировали растущий дискомфорт: они ерзали, вздыхали и переминались с ноги на ногу. После моих уверений, что обман будет разоблачен перед классом, как только упражнение завершится, они смирились и пошли в аудиторию.
В считаные секунды стали видны существенные различия между двумя группами. Люди, возглавляемые чирлидерами, работали шумно. Они разговаривали, смеялись, выдвигали предложения и ходили вокруг стола. Они озвучивали восхищение креативными идеями товарищей и одобрительно хлопали друг друга по спине. Что же касается групп, возглавляемых начальниками-придурками, атмосфера за их столами напоминала работу в каменоломнях ГУЛАГа. Головы слушателей были опущены, они хмурились. Все молчали. Время от времени кто-нибудь почти виновато высказывал короткое предложение, но очень скоро вновь воцарялась тишина. Никто не смотрел друг на друга, они не продвинулись ни на шаг в решении задачи. Ни одна из их групп не решила головоломку.
Позднее несколько студентов сказали мне, что это упражнение понравилось им больше всего из того, что они делали в течение четырехдневного семинара. Несмотря на временный социальный дискомфорт, эта группа будущих лидеров на интуитивном уровне прочувствовала то, что они понимали рассудком: то, насколько быстро могут распространяться эмоции.
Подобно вирусу
Быстрая передача эмоций может изменить восприятие, мышление и поведение окружающих нас людей. Так, один студент плохим поведением порой срывает тщательно продуманный план занятия. Или один член команды, у которого возникла проблема с проектом, способен затормозить весь процесс. Заразительность позитивных эмоций столь же высока. Источником их может быть тот, кто на выездном корпоративе берет на себя обязанность включать музыку, организовывать танцы и полностью меняет ваш день. Или, скажем, сотрудник аварийно-спасательной службы, в считаные минуты спокойно и уверенно превращающий катастрофическое положение в задачу, с которой можно справиться.
Эмоциональное заражение происходит, когда мы «подхватываем чувство», как стремительно распространяющийся вирус. Это то, что наш биологический вид использует с выгодой для себя (и от чего страдает) с незапамятных времен. Механизм действия эмоционального заражения на психологическом и нейробиологическом уровнях достаточно сложен, но начинается процесс очень просто: с подражания. Если вы когда-нибудь наблюдали, как младенец улыбается в ответ на вашу улыбку, то вы видели этот феномен своими глазами. Будь то ваш тон, выражение лица или манера наклонять голову — окружающие бессознательно улавливают такие проявления эмоций и в считаные секунды в той или иной степени реагируют путем подражания. Когда мы, в свою очередь, на манер зеркала отражаем других, то часто начинаем испытывать те же чувства, что и они. В моменте вы, скорее всего, этого не осознаёте, но физические движения, которые вы копируете, передают сигналы в вашу нервную систему, а она запускает эмоциональный каскад внутри вас.
Множество исследований показывают, что подобное подхватывание чувств может влиять на наше отношение к выполняемой работе — на самоотдачу и удовлетворенность, способность к эмпатии, чувствительность к выгоранию. Эмоциональное заражение влияет на то, как мы разрешаем конфликты, как координируем действия с другими членами группы и на то, насколько успешно мы ведем переговоры. Оно играет важную роль в нашей повседневной жизни, включая и виртуальную, которая дает нам еще больше возможностей изменять других людей и самим изменяться под их влиянием.
Только вдумайтесь: эмоции способны распространяться через социальные сети со скоростью и охватом, беспрецедентными для нашего биологического вида. Размещается видеоролик. Он находит отклик у аудитории. Им делятся один раз, два раза, четыре, шестнадцать, двести пятьдесят шесть — и процесс не останавливается. Через пару недель этот ролик (наряду с видео с той же тематики) набирает 1,4 миллиарда просмотров — и в результате порождает движение за социальную справедливость, которое существует до сих пор. Я имею в виду видео с мобильного телефона, запечатлевшее убийство Джорджа Флойда и вызвавшее большой общественный резонанс во всем мире. Вспомните любое значимое течение в соцсетях: «арабскую весну», Black Lives Matter, MeToo — и вы поймете, что оно формировалось на волне эмоционального заражения.
Эффект эмоционального заражения легко проглядеть, так как оно происходит очень быстро и по большей части осуществляется за счет психологических факторов, действующих вне нашего сознания. Кроме того, многие из нас рассматривают эмоции как чисто личные переживания и упускают из виду то, что разум не является чем-то непроницаемым. Они выплескиваются изнутри наружу, а снаружи проникают вовнутрь. Наши эмоции не закупорены в нас герметично, они носят глубоко социальный характер. Люди могут играть на наших чувствах и часто делают это, активируя и деактивируя их, усиливая или ослабляя их интенсивность, а то и полностью преобразуя наше к ним отношение. Это касается и людей из нашего внутреннего, ближнего, круга — партнера, ребенка или друга — и тех, кто просто мелькает где-то на заднем плане в повседневной жизни, в больших сообществах и при пролистывании ленты в социальных сетях.