Истребительная бригада и истребительная дивизия Красной Армии: чем они занимались
Всё решили секунды. Танк надвигался, лязгая гусеницами, и, казалось, ничто не могло его остановить. Из окопа, пропустив машину на 50 метров, бронебойщик прицелился в корму — туда, где находились двигатель и бензобаки. Выстрел. Еще выстрел. Машина задымила. Это была не артиллерийская дуэль и не кинематограф. Это была работа расчетов противотанковых ружей (ПТР) — пожалуй, самого героического и опасного оружия Второй мировой.
«Иготавливаться к стрельбе быстро и скрытно»
Когда в июне 1941 года немецкие танковые клинья резали советскую оборону, единого мнения о противотанковых ружьях в Красной Армии не существовало. Формально они были приняты на вооружение еще в 1939-м — 14,5-мм ПТР системы Рукавишникова. По штатам 1940 года стрелковой дивизии полагалось 59 таких ружей, моторизованной — 32, горнострелковой — 32 . Полагалось, но не было. К началу войны их производство свернули, а вопрос борьбы с танками повис в воздухе.
Но уже к осени 41-го, в разгар битвы за Москву, ситуация кардинально изменилась. В войска хлынули два новых образца — однозарядное ПТРД (Дегтярева) и самозарядное пятизарядное ПТРС (Симонова) . Простые, надежные, технологичные. Именно они стали той «палочкой-выручалочкой», которая позволила пехоте не бежать при виде танков, а встречать их огнем.
Поначалу группы бронебойщики формировались стихийно, но очень быстро стали штатной единицей. По декабрьскому штату 1941 года стрелковой дивизии полагалось уже 89 ПТР. По апрельскому — 279. А к лету 42-го в дивизии было: рота бронебойщиков в каждом стрелковом полку, взвод в каждом стрелковом батальоне, взвод в пулеметном батальоне и еще рота в истребительно-противотанковом дивизионе. Итого 228 ружей на дивизию . Цифры говорят сами за себя: ставка на ПТР была колоссальной.
Тактика и правда окопов
В кино бронебойщик — это боец, который одним выстрелом поджигает «Тигр», после чего экипаж в ужасе разбегается. Реальность была сложнее и жестче.
Пробить броню даже среднего танка было трудно. А пробив, не факт, что выведешь его из строя. ПТР — не пушка, его пуля не взрывалась внутри. Она могла прошить броню насквозь, но не задеть экипаж или механизмы. Поэтому бронебойщики били не «куда попало», а по уязвимым местам: гусеницам, бортам, корме, моторному отсеку .
Огонь по одной цели вели сразу несколько расчетов. Самое маленькое подразделение — взвод из 9–12 ружей. Чаще же использовали роты. В отличие от Вермахта, где ПТР были рассредоточены по трое на роту, Красная Армия концентрировала их в ударные группы. Это позволяло создавать плотный огневой мешок .
Позиции выбирали за естественными препятствиями, на флангах танкоопасных направлений. Окапывались, маскировались, ждали. Иногда приходилось подпускать танк на 100–150 метров, чтобы гарантированно попасть в борт. Это требовало стальных нервов .
Использовали ПТР и для борьбы с авиацией. Известны случаи, когда бронебойщики сбивали «Юнкерсы» и «Фокке-Вульфы» на высоте 500–600 метров . Позже, с появлением тяжелых танков, ПТР стали применять против бронетранспортеров, огневых точек и амбразур дотов — там их эффективность оставалась высокой до конца войны .
Истребительные батальоны и дивизии
Однако в 1942 году советское командование пошло дальше. Стало понятно: ПТР — оружие мощное, но применять его нужно массированно. 16 апреля 1942 года вышло Постановление ГКО № 1607сс о формировании 25 истребительных бригад .
Здесь важно не запутаться. Истребительная бригада — не авиационная. Это общевойсковое соединение, главной задачей которого была борьба с танками. В составе такой бригады было два батальона ПТР (по 72 ружья в каждом), противотанковый артиллерийский полк (16 пушек 76-мм, 12 — 45-мм, 4 зенитки 37-мм), танковый батальон (21 Т-34 и 11 легких танков), инженерно-минный батальон, минометный дивизион и рота автоматчиков. Всего 1795 человек личного состава и 185 грузовиков .Это была настоящая машина смерти для вражеской бронетехники.
8 июня 1942 года ГКО пошел на новый эксперимент: 13 бригад расформировали, а из оставшихся 12 создали четыре истребительные дивизии (1-ю, 2-ю, 3-ю и 5-ю). Каждая дивизия состояла из трех бригад и управлялась по армейской структуре . Предполагалось использовать их на самых опасных направлениях: Юго-Западном, Брянском, Западном и Калининском фронтах.
Курская дуга и закат
Реально в боевых действиях участвовали только 1-я и 2-я истребительные дивизии. И именно на Курской дуге они сказали свое веское слово.
2-я истребительная дивизия (в которую входила, в частности, 4-я истребительная бригада, ставшая потом гвардейской) героически оборонялась в районе станции Поныри . Это был ад. Немцы бросили сюда тяжелые «Тигры» и «Пантеры». Противотанковые ружья против лобовой брони новых машин были практически бесполезны, но бронебойщики били по ходовой, по бортам, по смотровым приборам. Они держались, пока подоспела артиллерия.
После Курской битвы истребительные дивизии были расформированы: 1-я — в марте 1943-го, 2-я — в сентябре . К тому времени роль ПТР как основного средства ПТО перешла к артиллерии. Но сами ружья продолжали воевать до Победы. Их использовали в уличных боях, для подавления огневых точек, в партизанских отрядах. Еще в 1944 году в Белоруссии бронебойщики подбивали БТР и легкие танки, работая из засад .
Память в гильзах
Противотанковые ружья Дегтярева и Симонова остались в истории как символ солдатской стойкости. Немецкий генерал Эрих Шнейдер после войны писал: «Русские имели 14,5-мм ПТР, которое доставляло много хлопот немецким танкам и бронетранспортерам» . За этими скупыми словами — тысячи сожженных машин, десятки тысяч спасенных жизней и та самая выдержка, которая позволяла бронебойщику подпустить врага на верный выстрел и не моргнуть.