США позорно проиграли Китаю в гонке за энергию. Ставка на нефть провалилась
США проиграли Китаю в энергетической гонке, пишет NZZ. Ставка Трампа на ископаемые источники энергии с треском провалилась после начала кризиса на Ближнем Востоке. Китай же опирается на возобновляемые ресурсы и готов к нефтяным шокам, отмечает автор статьи.
США при президенте Дональде Трампе сделали ставку на "возрождение" ископаемой энергетики. Китай же опирается на возобновляемые источники и готов к нефтяным шокам. Америка в свою очередь не готова.
ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>
"Увязли на Ближнем Востоке". Под таким заголовком государственная газета China Daily на этой неделе опубликовала карикатуру. На рисунке Дядя Сэм в отчаянии барахтается в паутине. Пекин невозмутимо наблюдает, как США все глубже тонут в военной неразберихе на Ближнем и Среднем Востоке и не могут выбраться. И так уже десятилетиями.
Потому что, в отличие от США, Китай последовательно не вмешивается во внутренние дела других стран. И делает все, чтобы его не втянули в кризисы, как сейчас, например, через ценовой шок на рынке сырой нефти. Уже десятилетиями страна опирается на возобновляемые источники энергии, а их развитие закреплено государственными требованиями.
Китай, который сам добывает нефть, но его запасов далеко не хватает, чтобы обеспечить собственную промышленность, видит в "зеленой" энергетике шанс века — возможность наконец стать энергетически самодостаточным государством. США же, добывающие столько нефти и газа, что превратились в экспортера нефти, смотрят на возобновляемые источники как на воук-идеологию, а не как на индустрию будущего. По крайней мере при администрации Дональда Трампа.
Недооцененный противник
Нефтяной шок, спровоцированный атаками Ирана на танкеры в Ормузском проливе, выставляет решение президента США вступить вместе с Израилем в вооруженное противостояние как роковую игру ва-банк. Ситуация в Персидском заливе также подчеркивает недальновидность их энергетической политики, которая делает ставку исключительно на ископаемое топливо.
По оценке международного энергетического агентства (МЭА), конфликт на Ближнем и Среднем Востоке ведет к самой тяжелой в истории кризисной ситуации с поставками сырья. Теперь особенно наглядно видно, насколько мировая экономика зависит от всего лишь 39 километров Ормузского пролива. До начала боевых действий через него перевозили до 20 миллионов баррелей нефти в день — пятую часть мирового экспорта. Сейчас движение почти полностью остановилось.
Экономики, подверженные глобализации, сотрясают, прежде всего, США. "Понадобилось всего шестнадцать атак на суда в Ормузском проливе, и Иран фактически стал сырьевой гегемонией мира, — резюмирует Роберт Пейп, специалист по международной безопасности из Чикагского университета. — Ровно этого США с 1970-х пытались избежать любой ценой". Однако Трампа, по его словам, не интересовал детальный анализ: он прислушивается к узкому кругу советников.
О том, что Ормузский пролив будет полностью закрыт, дал понять в своем первом заявлении в четверг Моджтаба Хаменеи, новый верховный руководитель Ирана. К этому моменту цена барреля нефти снова достигла 100 долларов. Затем представитель Корпуса стражей исламской революции (КСИР), радикального крыла в силовых структурах Ирана, заявил: "Миру следует готовиться к цене 200 долларов за баррель". У этой элитной военной структуры есть собственный флот, и он действует в Ормузском проливе.
Теперь против КСИР могут быть задействованы американские войска. В пятницу министр обороны США Пит Хегсет направил к Персидскому заливу спецподразделение численностью до пяти тысяч морских пехотинцев и дополнительные военные корабли. Задача операции заключается в том, чтобы обеспечить безопасность Ормузского пролива, то есть не допустить его минирования. В ночь на субботу США нанесли удары по военным объектам на острове Харк в Персидском заливе. Этот остров у побережья Ирана — ключевой нефтяной терминал страны, через него проходит основная часть экспорта сырой нефти.
Отправка военнослужащих в Персидский залив — крайне рискованный шаг и признак растущего отчаяния США. Похоже, в Белом доме крепнет и понимание того, что в расчетах была допущена грубая ошибка. Как показывает расследование CNN, там, судя по всему, всерьез не ожидали, что иранцы решатся перекрыть Ормузский пролив: ведь во время двенадцатидневной кампании прошлого года танкеры в проливе они не трогали.
По данным CNN, за этим роковым решением могли стоять две ключевые фигуры — министр финансов Скотт Бессант и министр энергетики Крис Райт. Райт — своего рода главный лоббист ископаемого топлива в администрации Трампа: он выходец из газовой отрасли и один из самых непримиримых противников возобновляемой энергетики. Одним из первых его шагов стало распоряжение о запрете в ведомстве слова вроде "изменение климата" и "устойчивое развитие". О чем нельзя говорить, того как будто и не существует.
Планирование с расчетом
При Райте администрация мешает, блокирует или останавливает проекты ветряной и солнечной энергетики там, где только может, превращая уже вложенные миллиарды в экономические потери. Это рискованно и с экономической, и с геополитической точки зрения. Так, по словам Питера Глейка, одного из ведущих климатологов США и основателя Тихоокеанского института в Окленде, из-за этого американская индустрия возобновляемой энергетики ослаблена и теряет шансы на мировом рынке: "Такие страны, как Китай, опережают нас".
В отличие от США, руководство Китая десятилетиями готовится к эпохе после доминирования ископаемых ресурсов. Чтобы смягчить удар от внезапных перебоев с энергией, в Пекине имеются две опоры. Во-первых, внушительные стратегические резервы — 1,2 миллиарда баррелей нефти, которых хватит как минимум на 100 дней. Это должно защитить экономику страны в краткосрочной перспективе. Во-вторых, в долгосрочной перспективе ставка сделана на независимость от ископаемого сырья за счет собственной генерации: в рекордные сроки ускорили развитие возобновляемых источников энергии, производство высококачественных батарей и создание мощной электросети. Нарастить добычу нефти внутри страны невозможно из-за нехватки запасов.
Китаю здесь важна не защита климата, а контроль над энергоресурсами. При председателе Си Цзиньпине такая политика стала ключевым элементом национальной безопасности.
Пока в эти дни в США и во многих странах Европы люди с тревогой смотрят на ценники на бензин и дизель на заправках, в Китае страх заметно слабее. К концу 2025 года здесь впервые более половины новых легковых автомобилей оказались электромобилями. Благодаря этому переходу уже удалось сократить потребление нефти на один миллион баррелей в сутки.
В США картина иная. Доля электромобилей на рынке в 2025 году снизилась до 5,7%, в 2024-м она составляла почти 9%. Отступила и часть промышленности. Компания General Motors остановила планы по инвестированию 300 миллионов долларов в производство электрических двигателей. Зато 888 миллионов долларов выделили на разработку новых двигателей внутреннего сгорания.
Ни одна страна не потребляет столько сырой нефти, как США, и едва ли какая-то другая западная страна в последнее время делала столь масштабную ставку на ископаемые источники энергии. И это вопреки всем прогнозам. По расчетам международного энергетического агентства (IEA), к 2035 году в мире солнечная и ветряная энергетика будут давать основную часть электроэнергии. Уже сейчас в этот сектор направляется две трети всех мировых инвестиций в энергетику: в 2025 году на новые мощности по выработке электричества потратили 3,3 триллиона долларов, из них 2,2 триллиона — на "зеленые" технологии.
Десять крупнейших солнечных электростанций мира находятся в Китае. Сейчас ежемесячно только в этом сегменте вводят 93 гигаватта новых мощностей, примерно 100 солнечных панелей каждую секунду. Почти такими же темпами растет и ветроэнергетика: добавляется еще 26 гигаватт.
70% солнечных модулей и ветротурбин и до 80% батарей в мире производятся в Китае. Китайские компании строят заводы по выпуску электромобилей и аккумуляторов в таких странах, как Бразилия, Таиланд и Венгрия. Логика проста: чем дешевле оборудование, тем дешевле становится электричество, которое с его помощью производят. Поэтому по всему миру переход на возобновляемые источники идет все быстрее.
Однако центральная роль Китая в этом процессе скрывает и серьезные темные стороны. Доля угля в энергобалансе страны все еще самая высокая — 52%. На Китай приходится треть глобальных выбросов парниковых газов. Но, похоже, пик уже пройден. К 2030 году доля возобновляемых источников в производстве энергии должна вырасти до 25 %.
Китай становится технологической сверхдержавой
Руководство Китая никогда не разделяло аргумент, будто переход на возобновляемые источники энергетики несет экономические риски, подчеркивает Келли Симс Галлахер, директор Лаборатории климатической политики при Университете Тафтса. "Совсем наоборот, — говорит эксперт. — С точки зрения китайского руководства новая "зеленая" энергетика, новая мобильность и энергоэффективность были объявлены ключевыми индустриальными направлениями будущего".
Еще 20 лет назад американские исследования опережали Китай в 60 из 64 ключевых технологий. Сегодня Китай впереди уже в 57 областях этой науки. Страна располагает 700 патентами в сфере "зеленых" технологий, это больше половины всех таких патентов в мире. Здесь выпускают электромобили, чьи батареи заряжаются всего за пять минут. "США — это экономика, построенная на ископаемых ресурсах, а Китай — ведущая сила среди экономических систем, которые резко сокращают выбросы парниковых газов, — резюмирует Ли Шо из аналитического центра China Climate Hub. — Но возникает вопрос: куда это приведет США?"
Ответ Трампа — "Бури́, детка, бури́" ("Drill, baby, drill"). Его второй срок развернул курс к "ренессансу" ископаемых источников энергии: шаг назад, в прошлое. Поэтому представители нефтегазовой отрасли активно поддерживали его в президентской кампании.
Принцип его политики — "энергетическое доминирование": цель состояла и состоит в том, чтобы вновь нарастить использование нефти и газа, одновременно шаг за шагом лишая поддержки возобновляемую энергетику. Так он хотел вернуться к "золотым годам" бурного роста добычи нефти в США. Благодаря фрекингу и новым технологиям бурения добычу резко увеличили. Сейчас США — крупнейший производитель нефти в мире: 13 миллионов баррелей в день. Но американским потребителям от этого мало пользы: энергия дорожает, расходы домохозяйств сокращаются. Люди откладывают крупные покупки, прежде всего, не покупают автомобили.
Обещание Трампа сдержать инфляцию, сделав ставку на старую добрую нефть, сейчас буквально растворяется в воздухе. Альтернативы президент системно "высушивал": урезал поддержку солнечной энергии, электромобильности и не предоставлял субсидии ветропаркам. Там, где Китай набирает очки, США теряют позиции.
Признаков разворота пока не видно. Теперь Трамп пытается привлечь на свою сторону крупнейших потребителей электричества: семь гигантов индустрии больших данных, среди них Google, Amazon, Microsoft и Meta*, должны сами обеспечивать себя энергией, чтобы смягчить рост цен на электроэнергию. Уже сейчас до 6% электричества в США уходит в их дата-центры, а через два года показатель может вырасти до 12%. Трамп пытался обязать технологические компании опираться исключительно на ископаемые ресурсы, но на встрече на этой неделе эта попытка провалилась. Почти все эти корпорации давно работают и в секторе возобновляемой энергетики.
Нефтяной кризис, который Дональд Трамп спровоцировал иранским конфликтом, может стать поворотной точкой. Он может наглядно показать, насколько рискованно делать ставку только на ископаемые ресурсы.
*деятельность компании Meta запрещена в России как экстремистская