Финское клубничное «рабство»: как я решилась поехать на сбор клубники в Европу - сколько удалось заработать

16.01.2026 17:30

Картинка создана нейросетью Алиса AI

Светлана Морозова давно не воспринимает поездки как обычный отдых. Для неё дорога — это одновременно способ заработать и возможность проверить себя. За годы кочевой жизни она успела поработать на мандариновых плантациях Абхазии, среди чайных кустов в Сочи и на виноградниках Крыма. Каждый сезон — новое место, новый ритм, новые люди. В этот раз выбор пал на Финляндию, страну северных озёр и ягодных полей, которая казалась воплощением спокойствия и порядка. Реальность оказалась куда жёстче ожиданий.

Подготовка началась задолго до сезона. По знакомым Светлана вышла на ферму Hästö, связалась напрямую с хозяевами, получила приглашение и оформила краткосрочную рабочую визу. Всё выглядело просто и обнадёживающе, но первое же впечатление по прибытии быстро остудило энтузиазм. Вместо обещанного уютного домика у воды — барак на шестнадцать человек, один душ, один туалет, общая кухня и вечная очередь. Передвижения — строго по расписанию, единственная машина утром увозила работников в поля, вечером возвращала обратно. Свободы почти не было.

Рабочий день начинался в шесть утра и заканчивался затемно. Формальные выходные существовали только на бумаге: пропустишь день — потеряешь деньги. Сначала платили почасово — 9 евро за сбор клубники и работы на голубике. Затем условия внезапно изменились, и оплату перевели на сдельную — 1,08 евро за килограмм клубники. Ягода мельчала, собирать её становилось всё сложнее, руки уставали уже к обеду. Когда урожай окончательно пошёл на спад, предложили горох по 80 центов за килограмм. Светлана отказалась — такой труд перестал иметь смысл.

Надежда появилась с началом малинового сезона. За килограмм платили уже 2 евро, за час удавалось собрать несколько килограммов, и казалось, что ситуация выравнивается. Но северное лето быстро напомнило о себе. Дожди шли почти без перерыва, поля раскисали, ягоды портились, а фермер всё чаще сокращал рабочие часы. Люди начали уезжать. Кто-то возвращался домой, кто-то пытался найти работу в соседних странах. В бараке нарастало раздражение и усталость, чувство, что ожидания снова не совпали с реальностью.

Финляндия не стала для Светланы откровением. Леса, болота и озёра напоминали родные сибирские пейзажи, только с более ровными дорогами и идеальной чистотой. Порядок впечатлял, но однообразие будней быстро утомляло. Единственным ярким эпизодом стала поездка в Таллин: паром, старый город, кофе в небольшой кофейне и ощущение короткого побега из замкнутого круга работы и барака. Вечером — снова назад, под шум дождя и скрип кроватей.

В итоге заработок оказался скромным и едва покрыл расходы на дорогу и документы. Но Светлана не считает эту поездку неудачей. Для неё важнее сам опыт, движение вперёд и понимание собственных возможностей. Она уже строит планы на следующий сезон, рассматривает Лапландию и другую ферму, готова снова оформлять визу и мириться с бытовыми неудобствами.

Такие поездки для неё — не просто работа, а способ жить насыщенно и честно, без иллюзий. Пусть северная ягода не принесла ожидаемого дохода, этот опыт стал ещё одной страницей в её личной истории путешествий, написанной не по рекламным фото, а по-настоящему.

Ранее мы писали: До 163 тысяч рублей в месяц: кто входит в топ самых высокооплачиваемых рабочих? и Лучше они сгниют на ветке - собственник сада в Абхазии рассказал, почему качественные мандарины не доезжают в Россию

Новости спорта