Вы уверены, что знаете, кого называете «закадычным другом»? Готовьтесь к удивлению: филологическое расследование ведет нас не в сторону высоких идеалов, а прямиком в шумный кабак. Вы произносите «закадычный друг» — и перед глазами встают образы: верность до гроба, плечо в трудную минуту, дружба, проверенная десятилетиями. Слово дышит теплом и преданностью. Но что если язык сохранил для нас нелицеприятную тайну? Что изначально за этим пафосом скрывался… банальный алкоголизм. Давайте проведем лингвистическое расследование. Закапываемся в архивы народной речи и находим убийственную формулу: «заливать за кадык». Кадык, он же «адамово яблоко», был в народной топографии тем самым Рубиконом, который переступала струя хмельного зелья. «Заливать за кадык» означало просто пить. Много и со вкусом. А «закадычный» в прямом, теперь уже забытом смысле, — это тот, кто помогает тебе в этом сомнительном предприятии. Тот, чей кадык находится на одном уровне с твоим над шумным застольем. В суровой реальности XIX века «закадычный друг» был не тем, кто жизнь за тебя отдаст, а тем, кто последнюю копейку разделит на очередной штоф дешевого вина. Собутыльник. Собутыльник, и только. Но вот в чем магия языка и человеческих отношений: даже из такой неприглядной реальности может родиться нечто возвышенное. Как же произошла эта алхимическая трансформация — из свинцового груза пьянства в золото искренней дружбы? Ответ, возможно, кроется в странной исповедальности, которую рождает алкоголь. За тем самым столом, «заливая за кадык», люди говорили то, что никогда не решались бы сказать при трезвом свете дня. Там рождались тайны, там проверялась реакция на откровение, там плелась невидимая сеть взаимных обязательств и доверия. Собутыльник, с которым ты делил и горе, и радость (пусть и на дне стакана), постепенно эволюционировал в сознании в единственного человека, достойного знать твою подноготную. Так грубый физиологический жест «залить за кадык» стал метафорой душевной близости. Язык, как мудрый редактор, стер прозаические бытовые детали, оставив лишь суть: этого человека ты допустил за свой внутренний порог. Ближе некуда. «Вот он, парадокс! Самый пронзительный символ человеческой привязанности родился не в тишине библиотек и не в высоких философских дискуссиях. Он родился в тёмных, душных кабаках, чтобы рассказать нам простую и сложную правду: иногда самые крепкие связи рождаются в самых неожиданных — и даже сомнительных — обстоятельствах. И то, что начиналось как «дружба по выпивке», прошло проверку временем и стало дружбой по жизни. Теперь, называя кого-то «закадычным», вы знаете сокрытый секрет этого слова. Возможно, это делает вашу дружбу еще ценнее — ведь она смогла преодолеть столь прозаическое происхождение», - прокомментировала доцент Ставропольского филиала Президентской академии Татьяна Минкина.
