2 сентября 2004 года я ненадолго выехал из Беслана и, не помню уже зачем, оказался дома у друга. Видимо, нужно было фотографии в Москву скинуть или еще зачем. Не помню.Зато я хорошо запомнил маленьких детей, которые играли в этот момент во дворе многоэтажки. Класс, наверное, второй или третий. Совсем без взрослых, которые, уверен, в этот самый момент сидели у телевизоров или вслушивались в новостные выпуски радио. Так вот, дети играли в заложников и Басаева. Как сейчас вижу мальчика с палкой, бегающего среди сверстников и кричащего, что «я вас всех взял в плен!», а остальные норовили пнуть его побольнее и разбегались. Всем им было весело. Они просто не понимали, что в это время происходит.Да и не только они. Не понимали их родители. Не понимали остальные взрослые. Не понимал никто. Даже, скорее всего, те, кто в этот момент принимал какие-то решения. Все надеялись, что обойдется.На 13 часов у меня был назначен эфир по «Эху Москвы». Меня просили рассказать, какие договоренности достигнуты с боевиками…
