Севастопольские рассказы. Часть первая - "Архитектор революции"
0
Дмитрий Белик. До "Русской весны" занимал должность вице-губернатора Севастополя по социальным вопросам. После свершения госпереворота в Киеве и бегства президента Януковича поддержал решение севастопольцев и отказался подчиняться новой украинской власти. Был назначен Алексеем Чалым исполняющим обязанности главы севастопольской городской администрации и занимал эту должность в феврале-марте 2014 года. За свой вклад в события "Русской весны" указом президента РФ Владимира Путина награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством II степени". Ныне занимается общественной деятельностью.
- Наша беседа проходит накануне 23 февраля. Для всей России это один из главных праздников – День защитника Отечества. Но для Севастополя это день особенный, поскольку вся история города неразрывно связана не только с самыми героическими эпизодами прошлого России, но и с ее настоящим. Именно в этот день, 23 февраля 2014 года севастопольцы собрались на главной площади города на митинг и заявили о выходе Севастополя из-под юрисдикции Киева. Как развивались события в те дни, ли были по-настоящему острые моменты?
- В Крыму и Севастополе внимательно следили за происходящим в Киеве, и после того как там состоялся государственный переворот, 23 февраля севастопольцы действительно собрались на так называемый митинг народной воли, где заявили о непризнании киевского путча и избрали народным мэром Алексея Чалого. Потом началась череда мероприятий, связанных законодательным закреплением народного волеизъявления. Я на тот момент был вице-губернатором Севастополя по социальным вопросам и поддержал это решение. Чего нельзя сказать о некоторых моих коллегах из городской администрации, перешедших на сторону новой киевской власти. Если говорить об острых моментах, то они, разумеется, были.
- Какие, например?
- Например, пришлось спасать от ареста Алексея Чалого. 24 февраля, после митинга народной воли, мы с ним находились в здании городской администрации, где как раз обсуждали вопрос выхода из-под юрисдикции Киева. В этот момент мне позвонил вице-губернатор города, поддержавший новые украинские власти, сказал, что готовится операция по аресту Чалого и предложил по-тихому уйти, чтобы не разделить его участь. Я эту информацию принял, но сдавать Алексея отказался. Мы с ним успели уйти через черный ход буквально за несколько минут до того, как туда ворвались бойцы украинской "Альфы" в сопровождении сотрудников СБУ. Сразу же ударили в набат, собрали севастопольцев и депутатов городского собрания, вместе ними провели срочное заседание, на котором и было принято первое историческое решение — о наделении полномочиями Алексея Чалого. Потом были решения о неподчинении киевской власти и другие.
- Какие основные факторы, по вашему мнению, способствовали возвращению Севастополя в Россию?
- Если упростить, то это произошло благодаря двум вещам - политической воле президента РФ Владимира Путина и народной воле самих севастопольцев. Это два основных фактора. А вообще событий, приблизивших наше воссоединение, было много — это и митинги, это и выставление блок-постов на въезде в город, это сессии городского совета, где принимались поистине судьбоносные решения. Были и другие сложные организационные задачи, в том числе, связанные с проведением референдума. Мне тогда довелось руководить штабом по его подготовке, и мы с командой смогли за 10 дней организовать 192 избирательных участка. Это в условиях всяческого противодействия со стороны Киева и украинского Центризбиркома, который заблокировал нам базу данных по избирателям. Сейчас оглядываюсь назад и до сих пор удивляюсь, как нам это удалось. Но тогда будто даже время по-другому шло. За все 23 года нахождения в составе Украины никогда еще севастопольцы не испытывали такого подъема и чувства единения. Мы были одной большой семьей. Люди даже какие-то личные моменты — ссоры, недомолвки и тому подобное — позабыли. Невероятное сплочение. Когда я 16 марта объезжал избирательные участки, желающие проголосовать уже в 6 утра очереди занимали. Даже очень пожилые люди стояли. "Хотя бы умереть на родине", — так говорили. Мы ждали этого момента 23 года, и он настал. Слава Богу, что это произошло и обошлось без крови.
- Жители Крыма в целом и Севастополя в частности сейчас живут в крайне непростых условиях. К общей неблагоприятной экономической ситуации, связанной с санкциями, введенными в отношении России именно после присоединения полуострова, добавились еще торговая и энергетическая блокада со стороны Украины. Насколько эти действия Киева действительно осложняют жизнь Севастополю?
- Сказать, что совсем не осложняют, было бы не правильно. Киевские власти пытаются применять все возможные и невозможные методы, для того чтобы осложнить жизнь севастопольцам и крымчанам. Блокада бьет, в первую очередь, по логистике, а это, в свою очередь, отражается на уровне цен на продукты питания и товары первой необходимости. Цены у нас уже на уровне города федерального значения, осталось до этого уровня подтянуть зарплаты. Ну, а если без шуток, то севастопольцы всегда были стойкими людьми, и мне слабо верится, что сложившаяся ситуация заставит кого-то из тех 96 процентов голосовавших за воссоединение с Россией передумать. Напротив, действия Киева только укрепляют нас в правильности сделанного два года назад выбора. Мы понимаем, что эти трудности временные, и мы готовы потерпеть.
- Для тех, кто следит за ситуацией, в том числе, политической, в Севастополе не является секретом наличие противоречий между законодательной властью в лице Алексея Чалого и исполнительной властью в лице губернатора Сергея Меняйло. Эти противоречия часто выливаются в публичное пространство. Не будем говорить о причинах, лучше о последствиях. Отражается ли это на севастопольцах, и если да, то как?
- Конечно, отражается. Когда из-за существующего конфликта в городе не принимаются законы, которые должны приниматься для его развития, это, в конечном счете, отражается на живущих в нем людях. Я считаю, что нести ответственность за сложившуюся ситуацию должны обе стороны. Ведь депутаты городского заксобрания сами практически единогласно утвердили губернатора и состав правительства. Сейчас же идет попытка поделить севастопольцев на два лагеря – вы за кого, за губернатора или заксобрание? А севастопольцы, в первую очередь, за свой город и за Россию. Вы справедливо отметили, что конфликт порой выливается в публичное пространство, в СМИ. Это создает неблагоприятный информационный фон, и это, наверное, и есть самый негативный результат противостояния между ветвями власти в городе. Поэтому хотелось бы, чтобы они объединились и вместе работали на благо города-героя Севастополя, как это делают крымские власти.
- Недавно Верховная рада Украины приняла закон о переименовании крымских населенных пунктов в рамках политики декоммунизации. Как на это отреагировали севастопольцы?
- Мы тут все над этим посмеялись. Если украинские законодатели при той ситуации, которая сейчас сложилась в стране, занимаются переименованием улиц и поселков в другом государстве, то это лишь показывает уровень их компетентности и говорит о кризисе, который царит в системе украинской власти. С таким же успехом можно переименовать Аляску, только это вряд ли заметят жители Аляски.