Прежняя Украина умерла 2 мая
Писатель Всеволод Непогодин — о последствиях майской трагедии в Одессе
REUTERS
2 мая — ровно год со дня трагических событий в Одессе. Массовое побоище на Греческой улице, уничтожение лагеря антимайдана на Куликовом поле и поджог Дома профсоюзов оказали серьезное влияние на дальнейший ход внутриукраинского противостояния. Произошедшее в Одессе — это уже история, и настала пора беспристрастно осмыслить тот черный день.
Показательная расправа над одесскими антимайдановцами — мера излишне жестокая и неоправданная. Парубий и компания явно переборщили с методами подавления инакомыслия, совсем не задумываясь о последствиях.
Одесскому антимайданному движению оставалось существовать не больше месяца — оно бы само развалилось и сошло на нет без всякого вмешательства посторонних сил. 10 апреля на марше, посвященном годовщине освобождения города от немцев, было 30 тыс. человек, и с того дня антимайданная активность пошла на убыль. За три недели заметно иссяк энтузиазм горожан в посещении пророссийских акций — изначально люди на них ходили в надежде на повторение крымского сценария, а когда стало ясно, что его не будет, то явка на митинги упала.
Политические шествия постепенно превращались в клуб любителей неспешного воскресного променада. Антимайдан не смог выдвинуть лидеров, способных к диалогу с новой властью от имени всех протестующих. Увеличивались противоречия и взаимные претензии среди вожаков различных групп антимайдана. Заканчивались финансовые ресурсы, и часть палаточного городка уже была демонтирована перед 2 мая из-за безденежья.
Плюс надо учитывать региональную специфику — в мае на пляжах уже было полно прогуливающих пары студенток, загорают в бикини, вино дешевое, солнце лучистое. Это на Донбассе скудно по части развлечений, а в Одессе в мае как-то трудно сосредоточиться на столь серьезном деле, как контрреволюция. У антимайдана не было ни сил, ни желания захватывать административные здания. Убивать и так умиравшее безвольное антимайданное движение в Одессе — явный просчет недальновидного Парубия.
Анализируя списки погибших можно прийти к выводу, что жертвами стали в основном мирные и безобидные граждане. В Доме профсоюзов сгорели старики с хоругвями да несмышленые зеваки, а бойцы антимайданных дружин ретировались с мест столкновений и вскоре всплыли на востоке, влившись в ряды ополчения.
Ладно когда дерутся молодые парни стенка на стенку за свои взгляды, это еще можно как-то оправдать, а вот идти с битами и «коктейлями Молотова» на безоружных стариков, смотрящих новости на большом экране из-за отключения российских телеканалов, — это запредельная низость.
Физически уничтожили поэтов и библиотекарш, а мстить за их гибель в Донбасс приехали опытные бойцы со всей России. Постоянно в интервью с добровольцами, воюющими на стороне народных республик, встречается фраза: «Я поехал на Донбасс после событий в Одессе».
Не учли Парубий со товарищи, что в Бурятии и Мордовии полным-полно прошедших горячие точки солдат, готовых вновь взять в руки оружие, коль где-то, на их взгляд, творится несправедливость. И, конечно, многих украинских националистов опьянила безнаказанность произошедшего в Одессе: они решили, что и Донбасс так же безропотно станет перед ними на колени. Но этого не случилось, и лежат они теперь штабелями в безымянных захоронениях под Иловайском.
Сотник Мыкола ненадолго пережил тех, в кого стрелял из пистолета, и уже тоже обрел покой.
Важный фактор случившегося 2 мая — погодный. Денек был жаркий, солнце напекло головы, и многие сражавшиеся с обеих сторон теряли рассудок. Будь тогда пасмурная дождливая погода, не нашлось бы столько разгоряченных молодчиков, готовых сметать всё на своем пути.
Пора уже и сказать о том, что установка палаточного городка именно на Куликовом поле — это была инициатива явно недалеких умом людей. От Дома профсоюзов до железнодорожного вокзала всего 100 м. Многие приезжие участники дневных сражений на Греческой шли к вечерним поездам домой и заглянули на Куликово поле, так как оно было совсем рядом с вокзалом и у них еще оставалось время до отправления составов.
По-хорошему палаточный лагерь антимайдана надо было ставить в километре от Дома профсоюзов у здания облгосадминистрации на проспекте Шевченко. Во-первых, палаточный городок мозолил бы глаза власти и увеличивались шансы быть услышанными новыми правителями. Во-вторых, была бы усилена милицейская охрана облгосадминистрации. В случае набега молодчиков на палаточный лагерь милиция попросту никого бы не пустила, и антимайданщикам не пришлось бы разбегаться врассыпную.
До сих пор доподлинно неизвестно, кто вздумал укрываться в Доме профсоюзов и повел людей за собой внутрь здания, но этот горе-стратег заслуживает самых уничижительных эпитетов в свой адрес.
Лично мне из увиденного 2 мая вспоминается лишь одна сценка. Еще днем на Александровском проспекте антимайдановец-дружинник в черной форме тщательно проверяет амуницию. Я случайно пересекся взглядами с этим незнакомым мне мужчиной средних лет и увидел в его глазах настоящую войну. Он был напряжен сильнее боксера-супертяжеловеса перед боем за звание чемпионами мира. Мне стало страшно.
Зимой я наткнулся в интернете на видеоролик и узнал, что его зовут Алексей Фоминов (он же Фома), полевой командир в ЛНР. Сотни одесситов стали кровниками и будут до последнего воевать в Донбассе за погибших 2 мая единомышленников.
2 мая был аннулирован общественный договор о мирном сосуществовании западных и восточных областей в рамках единого унитарного государства. Слишком велика разверзшаяся после этого дня пропасть непонимания и взаимных претензий с обеих сторон.
Случившееся вряд ли сотрется из народной памяти в обозримом будущем. Кровоточащая рана одесской трагедии еще долго будет оставаться предметом споров политизированных граждан.
Мне лично в первую очередь жалко двух малышей, дочь Геннадия Кушнарева и сына Сергея Мишина, появившихся на свет в прошлом году уже после смерти их отцов в Доме профсоюзов. Боюсь даже представить, какие они чувства будут испытывать, когда подрастут и узнают о судьбе своих пап, впервые придя на Куликово поле.
На объективное расследование трагедии при власти Порошенко рассчитывать не приходится. Лишь если президентом станет политик с антизападными взглядами, возможно наказание виновных.
Прежняя Украина умерла 2 мая. Трудно предсказать, что возникнет на ее месте, но 2 мая останется черной страницей в истории независимо от того, какие реформы и преобразования произойдут на территории юго-восточных областей. Не хочется заканчивать текст на грустной ноте — ознакомьтесь со стихами Вадима Негатурова, скончавшегося 2 мая. В его душевных строчках есть надежда на лучшее, и они мне помогли абстрагироваться от пережитого в тот день.
Остается только верить в торжество справедливости и неотвратимость наказания для тех, кто приложил руку к этому чудовищному преступлению против человечества.
Всеволод Непогодин. Фото из личного архива