Учительница пострадавших в Карелии детей: В лагере ребят учили плавать на каное на земле

В первые часы после карельской трагедии в детском лагере на Сямозеро было совсем непонятно, почему отдыхающих детей вожатые в шторм повезли на остров. Почему не предупредили о своей поездке МЧС и не пригласили с собой спасателей? На эти вопросы отвечать не решался никто. И когда спасенных детей привезли домой - в Москву, то заговорили о трагедии не только родители и дети, но и все, кто стал обладать хоть какой-то информацией. Сразу не решилась пообщаться с журналистами возле пансионата «Коньково» 20 июня, в день приезда детей, и Марина Нефедова. Она учитель русского языка и литературы московской школы 522. Это ее ученики были в том роковом сплаве. Ее переполняли эмоции после общения со своими учениками. Они в ярких красках описали ей все, что им пришлось пережить. Позже учительница все же смогла написать пост в Фэйсбуке. По ее словам, спасшиеся ученики смогли позвонить в МЧС, но спасатели не поверили - просьбу о помощи детскими голосами они якобы восприняли, как шутку. Эту информацию в Главном Управлении МЧС России сразу же опровергли. Вот о чем писала Марина Нефедова – публикуем все ее мысли.

- Сегодня был и страшный, и радостный, и заставивший о многом задуматься день... Сегодня вместе с мамой моей ученицы я поехала встречать детей, вернувшихся из Карелии... Но сначала о другом! В поход пошли две Юли: Юля С. - "моя" и Юля К., о которой так много уже рассказали. Юля К. действительно была в лагере с братом. Меня, зная, куда я отправляюсь, попросили взять координаты Юли К. Я подошла к столу в пансионате (туда привезли детей из аэропорта), но девочка с бабушкой отправились за вещами, а мальчик слушал меня, объяснявшую, зачем мне их телефон, и тихо отпивал сок из стаканчика. Кивнув головой, он вдруг произнес: "Скажите, а как так могло случиться: с нами был мальчик Женя, самый маленький... Потом мы стали тонуть... Женя как-то дозвонился до МЧС (думаю, это был номер 112) , закричал, что мы тонем, и стал просить о помощи. Ему сказали, чтобы он не баловался, и повесили трубку... Он утонул..."

32 года я работаю в школе, но впервые от детского вопроса мне захотелось провалиться сквозь землю. Мне было стыдно за наш мир, нашу страну, наш город. Это был вопрос, но в нем содержался ответ с большим восклицательным знаком!

А теперь о том, как это было. Детей готовили к походу. На земле! Учили садиться в каноэ, в рафты, но на воде они не были ни разу. Настал день "Ч". Погода не радовала, волны набегали, но зам. директора лагеря скомандовал: "Надо!" Несколько человек сказали, что больны, вожатый отряда "Поморы" уехал в город отмечать свой день рождения, но остальные погрузились в КАНОЭ! и РАФТЫ! и отправились. Вскоре стало понятно, что "поход" становится неуправляемым, каноэ переворачивали по 2-3 раза, дети из них высыпались, рафт, в котором была "моя Юля" наткнулся на камни возле какого-то маленького островка, и дети решили на нем остаться: хоть какая-то земля под ногами. "Там были камни, елки и пауки. Но мы решили ждать. Вдруг кто-то еще выберется. У других ребят с собой были палатки, а у нас продукты, но мы их экономили, потому что ждали остальных. Когда с нами связались и сказали, что приплывут за нами, мы ответили: ищите других, у нас все нормально. Спали на камнях и еловых ветках и все время ждали других. Потом узнали что погибли ...." Дальше Юлька называла имена и говорила, что кто-то лучше всех танцевал на дискотеке, кто-то был прикольным... Я не имею права называть сейчас имен, слишком велико родительское горе, но я их помню! Мы ехали до дома Юлиной семьи минут 40, а она все говорила и говорила. ... Девочка не смогла выплыть, потому что ударилась ногой об камни... Вожатая держала двух девочек за руки и выбилась из сил, одна сказала, что поплывет сама и утонула... Четырнадцать историй смерти в Юлькины 14 лет!

Люди! Вы способны сутки ждать помощи на голом острове и отказываться от помощи и еды, думая о других? А это дети! И они смогли!

"Моя Юля"никогда не будет прежней. И я никогда не буду той, какой была два дня назад. А у Юли К. в самолете начался "отходняк". Говорят, это было громко и страшно. Во всяком случае, когда я наконец-то увидела её и подошла, чтобы обнять, она была почти безжизненной и пахла ... костром. У девочки не было сил ни на что...

Действительно, из вожатых никто не погиб, но они пытались спасти детей. Об этом говорят сами ребята. Юля привезла с собой две чужие куртки - это девчонки-практикантки пытались её согреть. Теперь чужую одежду надо вернуть в Петрозаводск.

Дети долго не могли расстаться. Сначала их просто поили чаем, потом МЧСники поздравляли с днем рождения мальчика Никиту, и ребята опять уселись за стол. Они вместе пережили страшное, они боялись вернуться в обычный мир и остаться наедине со своими воспоминаниями. В самолете они договорились пойти на похороны. Даже не знаю... Вопрос к психологам.

Юлька все вспоминала потом, в машине, о потерянных рюкзаках и испорченных кедах... Кстати, я не видела среди встречающих родителей людей асоциальных. Все выглядят вполне благополучно. Наша Юля из многодетной семьи. Их шестеро у мамы. Живут, правда, в крохотной комнатке (они 7-тысячные в очереди на жилье!), но сыты, одеты, ухожены. Мама всегда на связи, в курсе всего, что происходит с ребятами.

Мне разрешили въехать на автомобиле на территорию, потому что у ворот стояли журналисты. Я вышла из ворот за машиной, они бросились за мной: нашли? Кто? как себя чувствует? Сказала, что не буду ничего комментировать, потому что просто учитель, а не мама.

Я сегодня видела страшное... Я сегодня радовалась... Я всегда буду об этом думать.., - написала Марина Нефедова.