Ислам мира и добра в Коране тоже присутствует. Суры раннего мекканского периода полны призывами к миролюбию, прощению, состраданию и веротерпимости. Но именно вторая часть священной книги считается правоустанавливающей. Ее мы и рассмотрим. Непознанное, кажущееся лишенным человеческих черт, сердца, всякой связи с человеческим сообществом вызывает ужас и страх одним фактом своего незримого присутствия среди нас. Шахиды – это именно такая материя.
В силу того что мы не в состоянии даже приблизительно понять их мотивы, они кажутся многим из нас существами, явившимися с другой планеты, само существование которых подрывает устои нашей жизни.
Но нет, они вполне живые люди, со своей сложившейся системой убеждений, собственными страхами, отчаянием, и если мы будем яснее представлять, какими причинами они руководствуются, убивая нас, нам будет легче преодолеть собственный страх и упадок духа.
Надо угадать за слепым, неопределяемым обликом живое существо, искалеченное, превращенное ложными воззрениями в смертельное орудие не для того, чтобы проникнуться чужой бедой, а чтобы точно знать, с какой болезнью мы имеем дело и какие методы обеззараживания необходимо применить для того, чтобы отвести удар.
Радикальный ислам уверен в том, что наш мир – это собрание уродливых, неистинных форм человеческого общежития, которые самим своим устройством продуцируют величайшую неправду, оскорбляющую Творца миров.
Только слово Аллаха может служить основой, учреждающей общественный уклад, только теократия, только управление обществом непосредственно божественной истиной. Салафизм считает светские институты оскорблением долженствования веры и потому объявляет войну всему привычному порядку жизни.
Но самое в нем опасное – это непререкаемая убежденность в том, что мир неверных, то есть инаковерующих, к которым относятся и представители умеренных версий ислама, должен быть уничтожен дотла, развеян по ветру, чтобы слово Аллаха восторжествовало повсеместно.
Надо угадать за слепым, неопределяемым обликом террориста живое существо (фото: Abed Omar Qusini/Reuters)
|
Основным религиозным направлением ислама на протяжении столетий был суфизм, вбиравший в себя локальные языческие верования и обряды, развивавший духовные практики, сосредоточившийся на совершенствовании личности, а не расширении власти Халифата.
Открытый внешним веяниям, он не был агрессивен, его морально-этическая доктрина в целом перекликалась с нормами других авраамических религий – иудаизма и христианства.
Но салафитская революция в мусульманском мире, начало которой положили в 30-х годах прошлого столетия египетские «Братья-мусульмане», десятилетиями набирала обороты. Уже после развала СССР под ее знамена встали сотни тысяч последователей ислама. Сегодня салафизм является самой актуальной и самой результативной идеологией мусульманского мира.
Опирается она, вопреки всякой политкорректности, на священный Коран, вернее, ту его часть, которая была надиктована Пророком после бегства из Мекки в Медину:
«И сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается с вами <...> И убивайте их, где встретите, и изгоняйте их оттуда, откуда они изгнали вас: ведь соблазн – хуже, чем убиение <...> И сражайтесь с ними, пока не будет больше искушения, а [вся] религия будет принадлежать Аллаху». (2: 190–193).
Публицист Валерий Седеров писал:
«Применение силы против неверных категорическим образом предписывается мусульманам стихами 5, 12, 13, 29, 36, 73, 123 одного из последних, важнейших откровений Корана – суры под хорошо известным христианскому миру названием «Покаяние» (сура IX).
«А когда кончатся месяцы запретные, то избивайте многобожников, где их найдете, захватывайте их, осаждайте, устраивайте засаду против них во всяком скрытом месте!» (9:5). Стих же 29 суры «Покаяние» касается уже не многобожников, а «людей Книги» – евреев и христиан: «Сражайтесь с теми, кто не верует в Аллаха и в последний день, не запрещает того, что запретил Аллах и Его Посланник, и не подчиняется религии истины, – из тех, которым ниспослано Писание, пока они не дадут откупа своей рукой, будучи униженными».
Или: «А когда вы встретите тех, которые не уверовали, то – удар мечом по шее; когда же произведете великое избиение их, то укрепляйте узы. Либо милость потом, либо выкуп, пока война не сложит своих нош».
Так предписывают, например, стихи 47: 4, 5. Так что столь распространенные ныне обезглавливания нечестивых – не способ террористического запугивания телезрителей, а теологически узаконенная мера воздействия. Такой вывод сделал Валерий Сендеров.
Чтобы не утомлять читателей богословскими нюансами, скажу коротко, что ислам мира и добра в Коране тоже присутствует.
Суры раннего мекканского периода полны призывами к миролюбию, прощению, состраданию и веротерпимости. Но именно вторая часть священной книги считается правоустанавливающей, поскольку согласно принципу «Насх» (отмены), принятому в юридическом толковании Корана, сказанное Пророком позднее отменяет сказанное им же ранее.
Протестантская версия ислама ваххабизм, получившая свое название от имени ее основателя Абд аль-Ваххаба, окончательно утратила в наше время локализацию в границах Аравийского полуострова. Сотни тысяч ее последователей живут в Европе, и попали они туда отнюдь не летом 2014 года. Десятилетиями мусульмане расселялись в западных странах, и одна из самых крупных общин – французская.
Салафитский призыв мобилизовал многих мусульман под знамена священной борьбы с неверными. Фанатично преданные идеям джихада, они готовы исполнить предписываемое им деяние, когда в том возникнет необходимость.
Салафитская зараза глубоко пустила корни и в нашей стране. Например, в начале 2000-х образованная мусульманская молодежь, обучавшаяся в лучших вузах страны, была повсеместно захвачена идеями радикального ислама.
Но уже к середине 2000-х это повальное безумие стало сходить на нет благодаря тому, что в традиционных обществах наметился масштабный возврат к умеренным суфийским верованиям. Нельзя не сказать и о вдумчивой экспертной работе российских спецслужб, которые достаточно успешно вели работу по искоренению ваххабитского радикализма.
Кстати, по ходу дела выяснилось, что салафизм может быть умиротворен. Так, например, в Дагестане образовались общины, которые, не отказываясь от убеждения в порочности современного мира и его устройства, тем не менее решили возлагать надежды на эволюционные изменения, а не на вооруженную и террористическую борьбу с неверными.
Нам надо понимать, что салафитские сообщества могут быть преображены и, если можно так выразиться, социализированы. Для этого нужно внести в радикальный ислам элемент веры в то, что жить в мире, который является уделом Иблиса, можно и нужно, не убивая себя и других, ценя жизнь как величайший дар Аллаха.
Я уверен, что эта работа ведется, что все это можно сделать и что опасность не так велика и непреодолима, как может показаться. Из сотен тысяч последователей радикального ислама лишь единицы способны обратить себя в живую бомбу, а это значит, что они могут быть вычислены, пронумерованы и уничтожены.
Работаем, братья!
Теги:
терроризм, ислам, идеология, Санкт-Петербург, ИГИЛ