Ростислав Ищенко. Переформатирование ЕС: Франция накануне капитуляции
10 мая 1940 года германские войска, после восьмимесячной "странной войны", в ходе которой боевые действия на Западном фронте практически не велись, атаковали Францию. 22 июня 1940 года Третья республика подписала перемирие с Третьей империей. Фактически это была капитуляция.
Кстати, если бы немцы тогда не поторопились, история Второй мировой войны в частности и мировая история в целом могли пойти по другому сценарию. На лето 1940 года наши будущие союзники (англичане и французы) планировали агрессию против СССР. Сотни самолётов с баз в Сирии и Ираке должны были разбомбить нефтепромыслы Баку. Успей они нанести удар и не исключено, что союзники оказались бы в одном окопе с Гитлером. Во всяком случае вести одновременно войну с Германией и СССР Запад не мог, так что с Гитлером пришлось бы заключать мир.
Но тогда всё сложилось, как сложилось, а сейчас, через 77 лет история, похоже, повторяется. Не буквально, конечно, но общая канва событий очень похожа и даже даты почти совпадают.
7 мая избран, а 15 мая вступит в должность самый молодой президент в истории Франции Эммануэль Макрон. 20 июня во Франции пройдут парламентские выборы. 7 мая "Газпром" сообщил о начале строительства морского участка газопровода "Турецкий поток". До этого, в течение апреля ЕС под германским давлением снял все возражения против строительства "Северного потока – 2".
Взаимосвязь этих событий непрямая и неочевидная, но она существует. Не зря всё же современный ЕС называют Четвёртым рейхом, по аналогии с Третьим рейхом, объединившим Европу 77 лет назад почти в нынешних границах.
Что мы видим сегодня?
Франция получает слабого президента, при сильном радикально правом оппоненте. Эти выборы уже называли голосованием за и против Ле Пен. Получившая очень хороший, как для неё, результат (около 35%) лидер правых с воодушевлением ведет свой Национальный фронт на парламентские выборы, до которых осталось чуть больше месяца.
Причем на выборах в парламент над французами не будет довлеть традиционная для президентской кампании необходимость сплотиться, чтобы не пустить к власти правых. Конечно, Национальный фронт не получит не то, что большинство мандатов, но даже более-менее солидное представительства. Пока что его прогнозный результат должен составить 25-30 мест. Но правые, сейчас имеющие по два места в национальном собрании и сенате Пятой республики, не просто улучшат свой результат в 10-15 раз. Они получат прекрасную трибуну для пропаганды. А общество начнёт привыкать к тому, что Национальный фронт в большой политике, это – вполне естественно.
Главное же заключается в том, что у Макрона практически нет шансов сформировать устойчивое пропрезидентское большинство. Слабому президенту скорее всего придётся сотрудничать с оппонирующим ему коалиционным правительством.
В течение всего президентства Альбера Лебрена (1932-1940 годы) Франция тоже объединялась против правых. Этим занимались и правительства Народного фронта (в 1936-1938 годах) и кабинеты возглавлявшиеся Эдуаром Даладье (в 1938-1940 году). Но закончилось всё тем, что последнее правительство Третьей республики, возглавлявшееся Полем Рейно, по воле Национального собрания передало власть маршалу Анри-Филиппу Петену, самому правому из французских политиков, автору понятия коллаборационизм, призвавшему французский народ сотрудничать с Гитлером в построении "нового порядка" в Европе.
Уже сейчас Национальный фронт мало чем напоминает маргинальную партию эпохи лидерства Жана-Мари Ле Пена. К тому же ситуация буквально повторяет предвоенную. Слабые, неэффективные лево-правые коалиции, объединяющиеся, чтобы не допустить к власти правых радикалов, служат лишь увеличению популярности последних.
Уже к следующему избирательному циклу Национальный фронт сможет сделать реальную заявку на власть. Причём сразу и на пост президента и на формирование вокруг себя коалиционного большинства в парламенте.
Но правые могут прорваться к власти и раньше. В конце концов, Петена сделало лидером Франции сокрушительное внешнее поражение. Пятая республика находится на пороге катастрофы, аналогичной той, что унесла в небытие Третью республику. И Макрон не выглядит современным де Голлем, способным эту катастрофу предотвратить. Хоть на сей раз всё обойдётся без войны.
Я не случайно вспомнил об успехах "Газпрома" в прокладке газопроводов, позволяющих поставлять газ в ЕС, в обход транзитных стран. Газопроводы эти замкнуты на Германию и Турцию, что резко увеличивает значение этих стран для Евросоюза. Анкара много лет стремилась в ЕС, а Франция была главным противником принятия Турции. Отношения Парижа и Анкары дополнительно осложнялись тем, что Франция, в которой сильна армянская диаспора, многие десятилетия не без успеха лоббирует тему признания геноцида армян в 1915-1917 годах.
В то же время Германия была союзником Турции ещё в Первую мировую войну, а в шестидесятые-семидесятые годы туда переселились миллионы турок. И сейчас, несмотря на сложности в отношениях между Берлином и Анкарой, они обречены на сотрудничество в вопросе о сирийских беженцах. Участие в совместных с Россией газотранспортных проектах, благодаря которым Германия становится газовым хабом Центральной и Восточной Европы, а Турция начинает играть ту же роль для Южной Европы и Балкан, должно дополнительно сблизить эти страны. В газовой политике крайне важна координация.
ЕС и раньше называли германским проектом, откуда и вырос упоминавшийся мною термин Четвертый рейх. Германо-турецкое доминирование в вопросе поставок энергоносителей, окончательно сделают Евросоюз вотчиной Берлина (Турция вряд ли когда-нибудь войдёт в состав ЕС, так что Германской гегемонии в Евросоюзе практически ничего не угрожает).
Напомню, что до сих пор речь всегда шла о германо-французском доминировании в ЕС. И тот же Макрон, собирал голоса, призывая сплотиться против евроскептицизма ЕС, не допустить "брекзита по-французски", сохранить позиции Франции, как лидера единой Европы.
Второй тур президентских выборов во Франции
Между тем французская экономика уже лет пять назад перестала соответствовать этим амбициям. Финансовая система Пятой республики также подорвана. В отличии от Ле Пен, обещавшей вернуть национальную валюту, чтобы оздоровить государственные финансы, Макрон не ставит под сомнение необходимость оставаться в зоне евро. А это не оставляет финансово-экономической системе ни одного шанса.
Возникающая примерно с 2020 года полная газовая зависимость Европы от Германии и Турции, окончательно переводит Францию в состояние второстепенной державы – большой Польши. Можно ожидать, что Париж постепенно будет вытеснен из определяющих будущее мира переговорных форматов (нормандского и минского, где определяется будущее не Украины, а Европы и женевского, где Запад пытается влиять на судьбу не Сирии, а Ближнего Востока, в Астану же Париж уже сейчас никто не планирует приглашать).
Голос Франции в ЕС уже сейчас мало что значит. Выход Британии и падение интереса к Европе со стороны США, резко повысили политическое значение Германии, Берлин уже давно является главным финансистом Европы. Запуск "Северного потока – 2" поставит в зависимость от Германии всю европейскую экономику.
Для того, чтобы поражение Франции в борьбе за Европу стало очевидно самим французам, достаточно возникновения любой конфликтной ситуации, любого расхождения интересов Германии и Франции в рамках ЕС. Париж тут же увидит себя, в единственном числе противостоящим объединённой в Четвёртую германскую империю Европе.
Шок от проигрыша без войны будет не меньшим, чем шок от случившегося семьдесят семь лет назад военного поражения. Думаю, что результаты, в виде полной дискредитации всей действующей политической системы и прихода на этой основе к власти таких правых, что на их фоне Национальный фронт Ле Пен будет представлять в парламенте левое крыло, окажутся подобными.
Вот только правительство в изгнании уже никто не сформирует.
Источник - Ростислав Ищенко, обозреватель МИА "Россия сегодня" .