Каждое лето петербуржцы останавливаются у «Владимирской», чтобы послушать оперные партии под гитарный аккомпанемент. Их вживую исполняет Олег Крикун, совмещающий уличные выступления с академическими концертами.
«Бумага» поговорила с Олегом и рассказывает, как полюбил оперу, за счет чего перестал стесняться петь на улице и почему считает Петербург лучшим городом для незрячих людей, как он сам.
Фото: «Бумага»
«Вовлеченность зрителей напоминала футбольные матчи». Как ростовская учительница и миланская опера привили Олегу любовь к вокалу
Олег родился в Краснодарском крае, а в шестом классе переехал в Ростов-на-Дону и поступил в музыкальную школу. Петь Олег сначала не планировал и учился играть на фортепиано. Но в школу устроилась преподавательница по вокалу, которая, услышав пение Олега, предложила ему поехать на конкурс в Италию.
— Мне это тогда показалось очень странным. Я никогда не пел и в Италию не собирался. Думал, приду домой, расскажу маме, и идею завернут — женщина она серьезная, строгая, такие авантюры не про нее. Случилось наоборот, и отмазаться не получилось, — вспоминает Олег.
Учительница дала Олегу кассеты с записями оперных партий. Для молодого человека это было первое столкновение с оперой — и поначалу ему она не понравилась. Но он продолжал включать музыку фоном и со временем начал замечать знакомые мелодии, повторяющиеся арии, всё больше проникаясь ими. Конкурс в Италии был обычным, не показательным в музыкальном мире, и никакого места Олег в нем не занял — но с той поездки его «всецело поглотил вокал».
— Когда я пришел на оперу в Милане, я испытал шок. Степень вовлеченности зрителей напоминала футбольные матчи. Во время антракта все вышли, начался галдеж — активно обсуждали что-то на итальянском, я не понимал. Ко мне подошла итальянка и стала объяснять, что сопрано в этот раз не очень и партия для него рановато, а тенор — красавчик, — вспоминает Олег.
Крикун закончил ростовскую консерваторию имени Рахманинова и переехал в Петербург, где живет уже почти десять лет. Олег считает Петербург очень музыкальным городом, в котором народная любовь к театру, опере и балету напоминает ему о Милане.
— Я прихожу на оперу, и рядом сидит бабушка, которая говорит мне: «Я эту оперу смотрю 20-й раз», — говорит Олег.
Фото: «Бумага»
«Ты дорогу просишь показать — а тебе экскурсию проведут». Почему Олег предпочел Петербург другим городам России и Европы
Из всех городов, в которых побывал Олег, он считает Петербург еще и наиболее комфортным для незрячего человека. В этом плане ему, уверен музыкант, проигрывают и многие российские города, и даже европейские столицы.
— Долгое время я мечтал переехать в Европу, думал, что мне там будет комфортнее — мол, менталитет другой, инфраструктура сделана для всех. Я был в Амстердаме, и мне многие говорили, что это лучший город для людей с ограниченными возможностями. Там всё оказалось на одном уровне: тротуар, дорога — и ты идешь, не осознавая, что зашел на трамвайные пути, — сравнивает Олег.
Для Крикуна важна не столько инфраструктура, которую он в Петербурге тоже хвалит, сколько отзывчивость людей. По его опыту, петербуржцы очень часто готовы помочь незрячему человеку.
— Прохожие отзывчивы, всегда подскажут, куда идти, и доведут до места, даже если шли в другую сторону. Ты дорогу просишь показать, а тебе не только ее покажут, но еще и экскурсию проведут. Нигде такого нет, — перечисляет Олег.
Через двоюродную сестру, которая переехала в Петербург раньше, Олег сблизился со своей будущей супругой, с которой они сейчас воспитывают 10-месячную дочку. А еще один общий друг Никита привел Олег в мир уличной музыки.
— Однажды я и Никита вышли на перекур и вдруг он говорит: «Давай сыграем на улице». Мы пытались играть в разных местах, но часто возникали проблемы: они оказывались либо занятыми, либо там было запрещено выступать. В какой-то момент мы узнали о сообществе музыкантов, через которое можно было договариваться о времени и месте. Люди самостоятельно организовали настолько крутую слаженную систему, что нынешнему закону об уличных музыкантах далеко до нее, — рассказывает Олег.
Фото: «Бумага»
«На каждое выступление я иду, как на большой концерт». Как Олег перестал стесняться петь на улице и научился совмещать это занятие с академией
Олег, отвечающий за вокал, с Никитой, играющим на гитаре, купили усилитель и начали искать «свое» место для выступлений, опираясь на отклик прохожих. Основной площадкой они выбрали место рядом с памятником Достоевскому у «Владимирской». Там реакция публики превзошла все их ожидания.
— Я такого не видел ни на одном концерте. Ты просто поешь, никого не трогаешь, не зазываешь, а люди сами останавливаются и начинают слушать. Дарят цветы, благодарят и делятся впечатлениями. Идет как-то мимо парень и говорит: «Я никогда такого не слышал, это офигенно! Можно я тут постою?» — и стоит четыре часа, — рассказывает Олег.
Официально Олег не трудоустроен, но регулярно участвует в концертах и называет себя фрилансером. В частности, он ездит по городам России в дуэте с заслуженным артистом России, пианистом Алексеем Гриболем.
Выступлений на улице он сначала стеснялся: в академическом мире «история с улицей» считается «достаточно дерзкой». Казалось, что есть «серьезная деятельность», а есть «баловство» на улице. Но сейчас Олег пришел к тому, что выступления на улице — это тоже серьезно и стесняться этого не нужно.
— Мы с Никитой независимы: работаем без агентов и сами решаем, когда и где выступать. Это самый честный заработок в мире. Всё равно, кто что подумает. Я горжусь тем, что играю на улице, и делаю это с удовольствием, — признается Олег.
Положительная реакция горожан придает Олегу мотивацию не прекращать уличные выступления. При этом выступают они с Никитой только летом — в холода люди начинают сочувствовать и переживать, что артисты замерзают. Олег никого не хочет разжалобить, только порадовать.
— Мне в кайф, потому что я доставляю людям радость. На каждое выступление я иду, как на большой концерт. Я бы никогда не занимался этим, если бы не было такой отдачи от людей, — говорит Олег.
Видите, есть и хорошие новости ????
Мы продолжим рассказывать вдохновляющие истории — а вы можете поддержать нашу работу