Косовские сербы – в заложниках у шовинистов
Не пограничный инцидент
Военный конфликт Сербии с Косово способен разразиться уже в ближайшее время. Причём противостояние провоцируется одновременно с жёстким прессингом со стороны Запада на Сербию из-за отказа Белграда включиться в санкционную антироссийскую истерию.
Все совпадения сейчас едва ли случайные... Тем временем глава сербского генштаба Милан Мойсилович, на днях посетивший один из приграничных с Косово городов, заявил, что
«сложившаяся ситуация требует присутствия сербской армии на границе с Косово».
По его мнению, в настоящее время до открытого военного столкновения дело, быть может, не дойдет, но в будущем исключать подобный поворот не стоит.
Обстановка в этом регионе обострилась еще и потому, что власти Косово 26 декабря не пропустили на косовскую территорию Патриарха Сербской православной церкви Порфирия. Он собирался побывать в регионе в связи с предстоящим Православным Рождеством.
Патриарх планировал посетить в Косово сербские православные храмы и монастыри, в том числе бывший косовский православный патриархат в Пече, ранее «упразднённый» косоварами.
Вместе с родиной
Между тем сербские районы-анклавы в Косово остаются бессрочными заложниками конфронтации косоваров, как и самой Албании, с Белградом. Хотя эти территории, или как минимум их часть, могли быть ранее переданы под управление Сербии. Речь могла бы идти хотя бы о временном кондоминиуме – совместном управлении Приштины и Белграда.
И пусть многими бы такое было воспринято как признание де-факто окончательного отделения автономии. В связи с этим нелишним будет вспомнить опыт других стран, и среди прочего – Брянской области России.
Напомним, что во многих странах мира, и прежде всего – в сопредельных, имеются весьма многочисленные автономные или неавтономные анклавы и эксклавы, управляемые соседними государствами. Это допускается ввиду национально-конфессионального единства этих районов с теми же государствами.
Причём такие районы и, соответственно, внутри- и межгосударственные отношения существуют в большинстве своем еще с XIX века. Западу ли не знать о прецедентах, им же и созданных?
Так, пять районов Нидерландов издавна имеются в северном регионе Бельгии, два бельгийских – на юге Нидерландов; итальянский эксклав существует в соседней Южной Швейцарии; испанский эксклав (Льивиа) имеется в сопредельной Южной Франции; германский эксклав (Бюзинген) – в соседней Северной Швейцарии.
Можно упомянуть также ряд анклавов/эксклавов Индии в сопредельной Бангладеш, бангладешских – в Северо-Восточной и Восточной Индии. Известны также испанские анклавы – Сеута и Мелилья – с другими прилегающими районами и островами. Все они сопредельны с Северным Марокко.
А также – французские острова у берегов Мозамбика (Майотта и Эпарсе) и северо-восточной Канады (Сен-Пьер и Микелон). Наконец, существуют и британские эксклавы: Гибралтар (между Испанией и Марокко) и на юге Кипра (Акротири и Декелия).
Вдали от родины
В бывшем СССР самый наглядный пример – это районы Саньково и Медвежье. Входят они, как единый эксклав, в состав Брянской области РФ, но окружены со всех сторон территорией Добрушского района Гомельской области Белоруссии. Управляются же те районы Брянской обладминистрацией.
Существование таких территорий в сопредельных странах показывает, во-первых, что государства, управляющие этими районами, «своих не сдают». И, соответственно, не позволяют соседям прямо или косвенно ущемлять и тем более «вытравливать» этносы близлежащей страны.
Во-вторых – страны, где имеются такие районы, соглашаются де-юре с их принадлежностью конкретному государству-соседу по национально-конфессиональным и политическим причинам.
Примерно половина таких районов имеют автономный статус – в частности, британский Гибралтар или итальянский эксклав в Швейцарии. Остальные же существуют в рамках прямого управления со стороны «своих» государств.
Впрочем, имеется также пример кондоминиума, т. е. совместного управления территорией со смешанным и одновременно этнически и конфессионально родственным населением: это восточно-карибский остров Сен-Мартен. Который совместно, точнее – поровну, управляется Нидерландами и Францией половинами его территории.
Ошибка маршала Тито
Многие годы назад в титовском Белграде очень не хотели чрезмерного усиления Сербии. Но чего этим добились и что изменилось с тех пор? Войны, кровь, бесчисленные человеческие трагедии – сепарация таких стран, как СФРЮ, выгодна кому угодно, кроме простых людей.
Ещё в 70-х годах прошлого столетия администрация Сербии не однажды предлагала властям СФРЮ передать в управление этой администрации сербские анклавы в Косово, Боснии и Герцеговине и Хорватии. То же предлагала боснийская администрация по национальным районам в хорватской Далмации вблизи Адриатического моря.
То есть предлагалось поступить по примеру вышеупомянутых зарубежных анклавных и эксклавных территорий. Но в Белграде предпочли оставить всё как есть. Власти же Сербии после распада Югославии не ставили этих вопросов ни в ЕС, ни в ООН, что только укрепляло антисербскую позицию и, соответственно, политику албанских властей Косово.
Вероятно, такая позиция Белграда была обусловлена тем, что предложение о передаче сербских районов Косово в управление Белграда или в кондоминиум с косовскими властями – наподобие Сен-Мартена, означало бы фактическое или юридическое признание Сербией независимости Косово.
Но неготовность Белграда хотя бы де-факто согласиться с отделением Косово делает невозможным «анклавный» вариант сербско-косовского урегулирования. Как следствие, антисербская политика косовских властей становится всё более шовинистической.
Недвусмысленно провоцируется и прямой военный конфликт Косово с Сербией. Позиция же НАТО в таком конфликте едва ли, по известным причинам, будет просербской.
Плюс-минус албано-венгерское ретро
Что же касается Албании, её политические элиты до сих пор не склонны, по понятной причине, допускать косоваров в управление Албанией. Потому её власти не поощряют идею объединения страны с Косово. Зато в центре косовского г. Варос невдалеке от столицы – Приштины, ещё в 2015 учредили улицу имени Энвера Ходжи.
За что такое уважение – за то, что «албанский Сталин» поддерживал просталинское подполье в Косово, организованное Тираной ещё в конце 50-х годов. Подпольщики требовали выхода региона из состава Сербии и присвоения Косову ни много ни мало статуса югославской республики, с её автономными от Белграда отношениями с Албанией.
Но интересно, что были и «обратные» прецеденты. Скажем, в период политической конфронтации СССР и просоветских стран Восточной Европы с Югославией в 1949–1953 гг. власти Венгрии требовали, чтобы ей были переданы некоторые районы Воеводины.
Речь шла о граничащей с Венгрией северо-сербской автономии, где преобладало венгерское население. Но в Белграде отвергали такой передел, а югославскую позицию всецело поддерживали страны Запада. И только потому – что социалистическая Югославия в тот период конфликтовала с СССР и его восточноевропейскими союзниками.
- Автор:
- Алексей Чичкин, Алексей Алексеев
- Использованы фотографии:
- discover24.ru, mirtesen.ru, versia.ru, tainyvselennoi.ru